Бессердечный

Он никогда не выглядел таком потерянным и нервным. Его эмоции будто в воздухе повисли, и я могла их пощупать.

? Пап? С тобой всё хорошо?

? Всё замечательно, тыковка, ? он даже расщедрился на отеческий поцелуй в лоб, чего не случалось много лет. ? Работы навалилось, да и я сильно на тебя давлю с этой свадьбой. Ты прости старика, ладно?

Что это с ним?

? Па, ты меня пугаешь. Точно всё хорошо?

Когда он взглянул на меня, я могла поклясться, что в его глазах что-то вспыхнуло и умерло, рождая в моей душе тревогу, однако быстро исчезло.

? Точно. Просто я не заметил, как ты повзрослела, Ами, ? грустно улыбнулся он, поправляя светлые, как у меня волосы с нитями седины. ? Прости, ладно? Просто знай, что я люблю тебя, девочка моя, и хочу, чтобы ты была счастлива.

После этого он вновь ушёл на работу, а у меня возникло ещё более тревожное, тянущее чувство, словно мы прощаемся. Конечно, мы редко виделись из-за его вечных дел в суде, но в этот раз ощущение оказалось действительно сильным, и даже вкуснейший завтрак не смог отвлечь меня от этих мыслей.

А потом мне сделалось ещё тоскливее. Пришло уведомление об очередной и слава всем богам, последней примерке свадебного платья, и мне пришлось натянуть привычную для всех улыбку – никто и никогда не знал, что творится у меня на душе, и только лучшая подруга, наверное, могла понять мои проблемы, хотя даже Ная не представляла их масштаб…

В салон я отправилась без неё. Ни к чему ей было видеть, в каком я состоянии, да и беременность сказалась на ней странно – ребёнок явно перенял способности папочки-Высшего чувствовать чужие эмоции, поэтому Наяра могла с лёгкостью сказать, что испытывает тот или иной человек.

И вот, спустя час я одна стояла перед огромным зеркалом в самом невероятном платье, не чувствуя ничего, кроме безнадёги. Надоедливая сотрудница, крутившаяся рядом, мило щебетала, как мне идёт, и какая я стройная, не подозревая, что я мечтаю только об одном – сбежать отсюда, а желательно из страны.

Всё же странно, как одна ночь может всё перевернуть. Ещё недавно я готова была смириться с волей отца, покориться обстоятельствам, а после встречи с тем мужчиной что-то внутри меня изменилось. Я поклялась, что не буду вспоминать его, не буду возрождать в памяти порочные, смелые образы, но он словно под кожей у меня засел.