Дьявольский поезд

Со стороны моря стеной шла волна, увенчанная пенным гребнем…

– Цунами! – вне себя от ужаса завопил Ренат и кинулся прочь, карабкаясь по камням, проваливаясь по щиколотки в щебень.

Сзади хищно клекотала вода, готовая поглотить тех, кому повезло выжить.

– Аа-а-аааа! Аа-ааа! – изо всех сил орал Ренат. – Спасите!.. Помогите!..

Внезапно все стихло. На его мокрый лоб легла теплая нежная ладошка.

– Проснись!.. Просыпайся же…

Он открыл глаза, дико озираясь вокруг. Белые стены, люстра под потолком, испуганное лицо Ларисы.

– Тебе совсем плохо, – сказала она. – Надо положить на голову холодный компресс. Пойду намочу полотенце.

Ренат схватил ее за руку и судорожно сглотнул.

– Погоди! Что это было?

– Когда? Где?

– Только что!.. Какой-то грохот, камни… чудовищная морская волна…

– Землетрясение, – объяснила Лариса. – Мессина разрушена. Тысячи жителей погибли под завалами. Потом на побережье хлынула волна, которая смыла все, до чего смогла дотянуться: обломки зданий, деревья, трупы и живых людей.

– Ты шутишь?

Ренат обвел взглядом спальню. Стены и потолок целы, люстра висит, как висела. Окна не выбиты. И никаких следов волны-убийцы.

– Не шучу, – покачала головой Лариса.

– Я не понимаю…

– Катастрофа случилась в декабре 1908 года. Так написано в путеводителе. Тебе приснилось прошлое.

– Это был не сон! Вернее, не совсем сон…

– Когда начались подземные толчки, Мессина еще спала. Было пять утра. Поэтому столько жертв. Когда волна отступила, уцелевшие жители остались без помощи.

Раскапывать завалы было некому. Врачи, пожарные, солдаты, чиновники и полицейские погибли. В небе вспыхивали молнии, воздух сотрясали громовые раскаты, лил дождь. Раненые и умирающие были предоставлены самим себе. Из тюрьмы разбежались заключенные, которые грабили и убивали тех, кого пощадила стихия. Самые низменные страсти проснулись в темных душах. К этому добавились жажда, голод и холод, страх и отсутствие какой-либо надежды. Казалось, что раскрылись адские врата…

Лариса говорила, а воображение Рената рисовало картины пережитых Мессиной ужасов.

Вот откуда неприятное ощущение, которое он испытал, оказавшись в этом ныне цветущем и гостеприимном городе. Вот откуда преследующий его «подземный гул»!

– Выходит, сама земля, камни и уцелевшие здания впитали вибрации жертв катастрофы… а я их чувствую?

– Я тоже чувствую, – кивнула Лариса. – Хотя я читала о землетрясении в путеводителе, до меня не сразу дошло, что со мной происходит.