Хозяйка книжного магазина

Больше-то никто с Яночкой близко не общался, родных у нее не сыскалось. Я как глянула… у меня все в голове помутилось, а Борисовна едва чувств не лишилась. Страсть-то какая, господи! Я с тех пор без снотворного уснуть не могу. Что за изверги живут на свете, как их земля носит!

Соседка долго и пространно рассказывала о том, как нашли убитую Яну, – бандиты даже дверь не потрудились закрыть, потому что они полиции не боятся, – и труп обнаружил пес Деррик с седьмого этажа: начал выть и рваться в квартиру.

Ужасная картина предстала взгляду хозяина, который рискнул выяснить, в чем дело.

– А на какие средства хоронили Яну? – спросил Хромов. – Кто взял на себя хлопоты, расходы?

Раиса Зиновьевна потупилась.

– Я и взяла. Мой брат машину решил покупать, пришел ко мне деньги одалживать. Я дала немного, но это крохи. А примерно месяца два назад мы с Яночкой разговорились… я Феню искала во дворе, а она с работы возвращалась. Обменялись новостями, я упомянула, что брату денег не хватает на машину, а Яночка, добрая душа, предложила взять у нее.

Говорит, копила на ремонт, но раньше весны начинать не будет. Вы не подумайте, я не просила, – соседка приложила пухлые руки к груди. – Я знала, что у нее с деньгами негусто. Она сама меня уговорила! Я, конечно, обрадовалась, обещала к весне отдать. А оно вон как получилось. Как только я узнала о гибели Яночки, сразу позвонила брату: он переодолжил, привез всю сумму. Эти деньги я потратила на похороны и поминки, скромные, но… все ж не казенные. Хоть так долг вернула. Нет ничего хуже, чем задолжать покойнику!

Валерий согласно кивнул.

– Я ничего не знал, – оправдывался он. – Мне никто не сообщил о смерти Яны.

– Она о вас не говорила. Я вообще думала, что Яночка не замужем. Только когда полицейский по квартирам ходил, расспрашивал, кто что видел или слышал, он и про мужа вопросы задавал. Про вас то есть.

– Мы уже пять лет как разъехались.

– А я в этом доме только три года живу, – объяснила Раиса Зиновьевна.

 – Поменяла свою двухкомнатную на однокомнатную с доплатой. Поэтому мы с вами незнакомы.

– Яна так и работала в киоске в метро? – спросил Хромов.

– Кажется, да. Она была неразговорчивой, замкнутой, но доброй женщиной. Жалко ее. Вы хоть знаете, где ее похоронили? Урну-то я не забрала, слегла с давлением. Вина на мне лежит ужасная: невостребованный прах могут забросить куда угодно. Меня из-за этого преследует душа несчастной Яночки.