Хозяйка книжного магазина

 – Яна Арнольдовна умерла, если вам известно. Теперь… магазин будет принадлежать мне, после… соблюдения всех формальностей.

Дама приподнялась со своего кресла, вырастая, как огромный гриб с белой шляпкой. Ее лицо выражало крайнюю степень изумления. Валерий испугался, но деваться было некуда.

– Что, п-простите?

– Моя фамилия Хромов, – выпалил он, ощущая бегущие по телу мурашки озноба. Его бросало то в жар, то в холод. – Зовут Валерий Михайлович. Вот мой паспорт!

Дама брезгливо взяла у него документ, пролистала, пробежала глазами.

– Жена умерла, – повторил Хромов, чувствуя всю степень недоумения директорши. – И это все скоро станет… моим. Вы меня слышите?

Дама рухнула обратно в кресло, которое издало жалобный писк.

«Если хозяйкой «Азора» была не Яна, директорша возмутится, ее терпение лопнет, и меня выгонят за дверь, а то и прямиком на улицу, – думал тем временем Валерий. – Наверняка здесь есть хоть один охранник.

Ничего подобного не произошло. Дама побагровела, шумно задышала, поедая нахала глазами, закашлялась. Она долго прочищала горло, а когда к ней вернулся дар речи, сипло произнесла:

– Вы… серьезно? Про Яну Арнольдовну… что она… ну… господи, не может быть!

Хромов предвидел такой вариант развития событий.

– Вот свидетельство о смерти, – сказал он, протягивая даме захваченную с собой бумагу.

Шелестов весьма ответственно подошел к делу: исполняя поручение своей клиентки, собрал почти все документы, которые могли понадобиться наследнику.

Бумага ходила ходуном в трясущихся руках директорши.

– Боже мой! – запричитала она. – Боже мой! Мы же ничего не знали! Ничего… Мы даже на похороны не пришли. Нам никто не сообщил! Но… что случилось с Яной Арнольдовной? Ей ведь еще тридцати не было, и на здоровье она не жаловалась.

Валерий хотел выяснить у директорши как можно больше, не выказывая, однако, жгучего интереса и не открывая раньше времени свои карты.

– Разве вы не заметили, что она перестала появляться в магазине? – сказал он первое, что пришло в голову.

Дама подняла на него выпученные глаза.

– Так… она всегда приходила раз-два в месяц. Перед Новым годом мы подвели баланс, все подсчитали, она сказала, что собирается заняться ремонтом квартиры, потом съездит куда-нибудь отдохнуть. В общем, раньше марта мы ее не ждали.