Хозяйка книжного магазина

Завязались отношения.

– Какого рода? – уточнил Смирнов.

– Чисто дружеские! – Стас прижал руки к груди. – Клянусь, ничего больше. Вероника мне симпатизирует, но… понимаете… эти девушки не моего круга – другое воспитание, образования никакого… внешность оставляет желать лучшего. Словом, серенькие мышки, неотесанные провинциалки. Изредка я приглашаю их в кафе, угощаю ужином, вот и все.

– Так в чем проблема?

– Черт меня дернул повести их на ту проклятую тусовку в «Молох»! – с отчаянием в голосе воскликнул молодой человек.

 – Каюсь, покрасоваться захотелось, блеснуть, поразить воображение! Разве Марина с Вероникой такое в своем городке могли увидеть? Я и сам не подозревал, чем это приключение обернется. Туда людей с улицы не пускают, только своих или по рекомендации: нас друид провел. Дурак я! Болван!

То, что дальше рассказал Киселев, заинтересовало сыщика.

– Я, пожалуй, возьмусь за ваше дело, – сказал он, выслушав подробности. – Есть в нем некая изюминка. «Молох», говорите?

– Ненасытная сила, алчущая человеческих жертв, – пробормотал Стас.

 – В древности людей сжигали живьем, чтобы умилостивить Молоха. Мне друид объяснил. Дескать, мы явились в предсказанный час!

– Вернемся к прозе жизни, – улыбнулся Смирнов. – Мои услуги стоят недешево.

– Я заплачу! У меня есть сбережения. Возьму у отца, если не хватит.

Всеслав посмотрел на молодого человека долгим взглядом, подумал.

– Дайте мне адреса девушек, этого вашего… друида и, конечно, общества «Молох», – решился он.

Глава 2

Старица

Валерий Хромов жил на самой окраине городка в просторном доме, обнесенном высоким дощатым забором.

Вокруг дома раскинулся дикий сад, заросший кустами малины и шиповника. И дом, и забор, и сад обветшали, пришли в запустение, но сейчас, из-за снега, этого не было заметно.

Валерий переехал к матери после ссоры с женой, да так и остался. Бывшей школьной учительнице Хромовой было не прожить одной на пенсию; содержать дом она по состоянию здоровья уже не могла: постоянно мерзла, едва ковыляла с палочкой по натопленным комнатам, кое-как стряпала и поддерживала порядок.

Валерий с ужасом думал, как он будет управляться, если мать сляжет.

Сам Хромов работал в мебельной мастерской столяром, делал на заказ двери, столы, шкафы и комоды, – трудился с утра до вечера, а когда клиенты торопили, то в выходные и праздники. Мать ворчала, а ему нравилось – пили, строгай, шлифуй: некогда горевать, думать о разрыве с Яной, о неудавшейся семейной жизни.