Легкие шаги в Океане

И Багиров его знал.

– Что еще за «Барс»? Охранная фирма?

– Бывшее сыскное агентство. Классные спецы, настоящие профи. Калитин почему-то эту деятельность забросил, занимается другим бизнесом.

– Говоришь, Багиров его знал?

– Он посоветовал бы вам обратиться именно к Калитину… если б мог.

Широков подумал и позвонил Марату. Они договорились о встрече. К сожалению, от должности начальника службы безопасности Калитин отказался наотрез.

– У меня теперь иные интересы, – заявил он. – Обещаю помогать вам время от времени.

– Советами? – усмехнулся Широков.

– И советами тоже. Кстати, я могу предложить вам человека на эту должность. Отличного специалиста. Его фамилия Демин. Раньше он работал в моем агентстве «Барс». Не приходилось слышать?

– Приходилось.

Павел Иванович был немногословен. Смерть Багирова нарушила привычный ход вещей, выбила его из колеи. Он не стал ничего уточнять, просто записал телефон.

– Спасибо, господин Калитин.

– Могу я поговорить с Глобовым? – спросил Марат.

– Что ж, изучайте, – кивнул Широков. – Багиров доверял вам. Очевидно, и мне придется.

Они попрощались холодно, как два деловых человека, не удовлетворенные разговором. Широков был огорчен отказом, Калитин же не смог до конца понять Павла Ивановича. Тот представлял собой накрепко замкнутый ларчик, – элегантный, облаченный в модный костюм, по-светски любезный. Он не раскрылся перед собеседником, не обнаружил ни своего беспокойства, ни гложущей душу тоски.

Что-то в облике бизнесмена, в его манерах задело Марата. Широков был намного глубже, чем хотел казаться…

Господин Калитин вел машину по запруженному транспортом проспекту. Он договорился о встрече с вдовой Багирова и не хотел опаздывать.

Женщина долго не открывала, разглядывая посетителя в глазок. Наконец, защелкали замки.

– Это ты, Марат? – заплакала она, отступая в глубь прихожей, оклеенной красными обоями.

Она была убита горем и напугана. Каждый знакомый напоминал ей об утрате. Они с мужем не испытывали страстной любви, но были очень привязаны друг к другу. Детей не родили, и теперь Лида осталась совсем одна.

– Боря как чувствовал, – всхлипывала она, сидя на кухне напротив Марата и машинально помешивая ложечкой чай. – Не хочу, говорил, после себя сирот оставлять.

– Может быть, съездишь в Одессу, к маме? – предложил он.