Опасайся взгляда Царицы Змей

Куда все делось за столь короткий срок? И главное, почему?

Сбивчивый шепот Артура напоминал горячечный бред больного. В мастерской, освещенной почему-то керосиновой лампой, стоял запах опасности и невыносимого напряжения. Артур бормотал о каких-то символах Книги Тота[5 - Книга Тота – повествует о сущности Бога, мира и его творений, о пути, которым идет человечество. Она раскрывает законы природы, которым подчиняются искусство, общество, наука и вся вселенная.], о тайной сущности мира, о том, что люди до сих пор находятся в неведении относительно самого главного…

«Это гораздо серьезнее, чем ты можешь представить, – нервно шептал Корнилин.

 – Осирис[6 - Осирис – в древнеегипетской религии бог воды и растительности. Царь загробного мира и судья душ умерших.]… суть мага… его никогда нельзя постичь до конца. Это откровение… Ему подвластно все. Понимаешь?»

Сергей согласно кивал, хотя не понимал решительно ничего. Ему казалось, что Артур не в своем уме, что он заговаривается.

Взгляд художника горел лихорадочным огнем.

«Твой дух еще не пришел в движение… – продолжал бормотать Корнилин. – Поэтому для тебя сокрыта цель…»

Он рассказывал Горскому о грозящей опасности, о скорой смерти, о черном человеке, который якобы приходил к нему…

– Приехали! – водитель обернулся с веселым видом, ему порядком надоело трястись по ухабам и кочкам, вздымая тучи желтой пыли.

Сергей расплатился.

– Обратно как договаривались?

– Хорошо, шеф! Буду как штык.

Джип развернулся и понесся прочь в облаке пыли. Сергей с сожалением посмотрел на свой шикарный светлый костюм. Чего он так вырядился? Неужели эта деревенская Алена так его заворожила?

Жаркое солнце еще стояло высоко, когда Горский подошел к нужному ему дому. Во дворе никого не было. Пахло мятой и цветами, которые росли повсюду, – мальвы, гвоздика, резеда. Кусты роз были облеплены пчелами. На большом гладком белом камне лежала кошка и нежилась в оазисе васильков и ромашек.

Она сладко потянулась и неторопливо направилась к гостю, подставляя ему спинку.

– Попался, мил человек! – услышал Сергей позади себя голос, не предвещавший ничего хорошего.

В двух шагах от него словно из-под земли выросла высокая дородная баба, нарядно одетая, с закрученной на затылке толстой косой. Она усмехалась, перекладывая из руки в руку вилы. Горскому стало не по себе.