Пассажирка с «Титаника»

От нее за версту несло сладкими духами и абсентом.

Роман сразу почуял этот горьковатый полынный аромат, смешанный с запахом помады и жасмина.

– Слышала, ты разводишься?

– Да, – кивнула Катя, опираясь на руку своего спутника.

– Это твой новый бойфренд?

– Это мой друг.

– Ясненько, – прищурилась Дора, смерив его оценивающим взглядом. – Он ничего. Красавчик! Везет тебе, подруга. Что ни мужик, то глаз не отведешь.

Лавров внутренне поморщился, но смолчал. Дора как выглядит, так и ведет себя. Она не признает «устоев» и попирает «приличия».

Такое у нее кредо.

– Осторожнее с ней, – прошептала Катя, когда Дора оставила их и кинулась встречать вновь пришедших: высокую худущую барышню модельной внешности и тучного мужчину ей по плечо.

– А что, твоя Дора кусается?

– Она ужасная скандалистка. Если что не по ней – устраивает жуткий дебош. Бьет посуду, кидается чем ни попадя. Но в глубине души она чувствительная и ранимая. Просто у нее личная жизнь не складывается.

«Можно подумать, у других личная жизнь в шоколаде, – мысленно парировал Лавров.

 – Например, у меня или у Катюхи… или у той длиннющей модели, которая кокетничает со своим пузатым кавалером. Небось, ее тошнит, а она изображает любовную страсть!»

– По какому поводу вечеринка? – сухо осведомился он.

– Вероятно, Дора подцепила кого-то, надеется выйти замуж. Ей уже двадцать семь.

– Это помолвка?

– Презентация очередного жениха, – кивнула Катя. – Дора обожает покрасоваться.

– И много их было?

– Порядочно.

У Доры есть деньги, но она ищет состоятельного мужа. Чтобы не сел на шею.

Лавров обвел взглядом разодетую публику. Кое-кто уже успел набраться, остальные вяло переговаривались. Женщины делились сплетнями, мужчины поглядывали на стриптизершу, которая извивалась у шеста.

– Дора несчастливая, – доверительно сообщила Катя, увлекая Лаврова к отведенному им столику. – Ее преследует рок!

– Тяжелый? Барышня любит рок-музыкантов, а они сплошь увлекаются наркотой и разрушают свои творческие личности?

– Я имела в виду – роковое стечение обстоятельств.

– А-а! Это другое дело.

Его раздражало здесь все – от грудастой стриптизерши до назойливой музыки и мелькающих огней. Зря он уступил Кате и притащился в этот чертов клуб. От нечего делать Роман разглядывал публику – исподволь, чтобы дамы и господа не заметили и, чего доброго, не возмутились.

– Ты не понимаешь, – покачала головой Катя. – Она жаловалась мне, что к ней боятся свататься.

– Не мудрено.