Пассажирка с «Титаника»

– Хочешь прикупить что-нибудь из живописи по сходной цене?

Катя кивнула, чтобы заинтересовать Люлю. Без выгоды та не станет тратить время на разговор. Тем более они с Катей даже не приятельницы – просто знакомые.

– Я была у Доры в больнице, – сказала гостья, пока Люлю сидела за ноутбуком, выводя на монитор каталог. – Ей ужасно плохо.

– Ой, не говори! Я до сих пор в себя не пришла! Сижу на таблетках. Так перенервничала, ты себе не представляешь!

Наверное, на ее прическу пошла уйма лака. Косметики Люлю тоже не жалела.

Глаза подвела к вискам, как Клеопатра, губы отливали жирным малиновым блеском. Дома она одевалась так же вызывающе, как и на людях. Салатовые брючки плотно облегали ее бедра, а кофточка трещала по швам, подчеркивая каждую складку ее откормленного холеного тела. Своей пышной фигуры Люлю совершенно не стеснялась.

– Ты ничего странного не заметила? – спросила Катя.

– Где?

– В тот вечер в клубе, когда умер Генрих.

– Вот, взгляни… лирические пейзажи, – обернулась Люлю.

 – Есть неплохие работы. Выбирай.

Катя сделала вид, что рассматривает картины. Люлю шумно дышала рядом. От нее пахло мятой и коньяком. Видимо, она снижала давление не только таблетками.

– Ну как? Прелесть, правда?

– Да, – рассеянно кивала Катя. – Но я предпочитаю жанровые сценки. Кокетка перед зеркалом… влюбленная пара на лесной полянке.

– Жанровые? Сейчас… минуточку…

Перед гостьей, сменяя друг друга, замелькали полотна в духе старых голландцев.

– Это подражание, сама понимаешь, – объяснила Люлю.

 – Но отличного качества. Девятнадцатый век. Будешь брать? Вот эти две пастушки на фоне мельницы просто изумительны. Рекомендую.

– Я еще подумаю.

– Давай-ка чаю попьем. Зелененького, для здоровья. А?

Катя согласилась, лишь бы задержаться у Люлю подольше, поболтать с ней.

– Мне теперь кофе нельзя, – пожаловалась та. – Из-за давления. Зря я пошла к Доре на помолвку. Знала же, что добром это не кончится. Сколько я страху натерпелась! Пока не выяснилось, от чего умер Генрих, я места себе не находила.

Мы все могли сыграть в ящик! Вдруг в шампанском был яд? Я тоже его пила.

– Кому понадобилось травить Генриха?

– У человека всегда полно завистников. Взять хотя бы Дору. Она бездарность, которая пробивает себе дорогу деньгами своего папаши. Не каждому это по душе.

Катя не удивилась тому, что Люлю осуждает Дору. В их кругу такое в порядке вещей. В глаза говорят одно, за глаза – другое.