Печать фараона

В голосе сыщика прозвучала тонкая ирония, которую Ева пропустила мимо ушей. Ее уже занимало другое.

– Кофе совсем остыл, – пробормотала она, сделав глоток. – До сих пор мы обсуждали убийство Марины. А что, если она жива и здорова? Мы же ничего о ней не знаем, в сущности. Молодые женщины, как мы имели возможность убедиться, часто ведут двойную жизнь. Вдруг Марина не исключение?

В кондитерскую зашла пожилая пара – оба седые, интеллигентного вида. Ева невольно обратила на них внимание.

Мужчина помогал своей спутнице снять пальто, мокрое от снега. Старики были полны достоинства и трогательной нежности, они излучали взаимное тепло. Было приятно наблюдать за ними.

– Мы будем выглядеть еще привлекательнее, – сказал Смирнов, поглаживая Еву по руке.

– Когда состаримся?

– Когда проживем бок о бок многие годы в любви и согласии… пока нам не наскучит мир людей.

– А потом?

– Мы покинем его без сожаления.

На его губах играла едва заметная улыбка.

Ева никогда до конца не понимала, шутит он или говорит серьезно.

Она откусила вишневое пирожное и принялась жевать. Смирнов вернулся к предыдущей теме.

– Думаешь, Марина Комлева ведет двойную жизнь?

Ева пожала плечами. Она вполне допускала это.

– Какого рода? – рассуждал сыщик. – Подпольный бизнес? Проституция? Наркоторговля? Только не говори, что Марина – агент иностранной разведки.

Ева и не собиралась.

Разведка – это слишком!

– Комлева использовала поездку в офис тепличного хозяйства как предлог, чтобы уйти. Предположим, ей необходимо было скрыться, спрятаться, залечь на дно. Поэтому и не предупредила подругу, начались бы расспросы, пришлось бы врать, изворачиваться. А так, ушла – и поминай как звали!

– Я бы поступил по-другому, – покачал головой Смирнов.– Когда человек уходит из дома и не возвращается, его начинают искать, поднимать ненужный шум.

Правильнее было бы придумать какую-нибудь длительную поездку или… спровоцировать ссору, например, «побить горшки», разобидеться, собрать вещи и сказать прости-прощай.

– Марина, судя по всему, не семи пядей во лбу, обыкновенная молодая женщина, без образования, без надлежащего воспитания. Ей не свойственно заранее просчитывать свои шаги, плести запутанные интриги. Она действует спонтанно.

– Ничего себе! – возмутился Всеслав.