Подручный смерти

Значит, есть причина более глубокая, укоренившаяся в вашем сознании, а не в теле.

– Это какая же?

– К сожалению, я вам ответить не могу. Копайтесь в себе, сударь, ищите. Что вам напоминает ваша боль?

– Удар в спину! – выпалил Чемагин. Вероятно, он сам не ожидал такого высказывания и смешался.

– Вот! Уже теплее! – обрадовался Бортников. – Подумайте, как могло произойти, что вы получили удар в спину? От кого? За что? Когда?

– Ну, это… вы хватили… Никто меня в спину не бил с такой силой, чтобы…

Больной осекся и плотно сжал губы, словно боясь проговориться.

Мысли, которые пришли ему в голову, были сумбурными и тревожными. В позвоночнике кольнуло, лопатки свело судорогой.

– Вы… шарлатан! – выдавил он.

– Я попал в точку, не так ли? – развеселился доктор. – Ваша боль откликнулась на мои слова. Я вызвал ее из недр вашей памяти. Теперь вам остается распознать источник ваших страданий. Попробуйте, Чемагин. Я понимаю, что это не просто. Но боюсь, другого выхода у вас нет. Либо всю жизнь бороться с симптомами, либо вырвать у болезни питающий ее корень.

Пациента передернуло.

– Я понял, почему вы поклоняетесь крокодилу! Вы на него похожи. У вас большие острые зубы и совсем нет жалости.

Мариша аж рот открыла от такой пикировки. Если бы главный услышал, как Бортников разговаривает с больным, его бы кондратий хватил.

Между тем Чемагин вместо законного возмущения притих и задумался. Таким задумчивым он и вышел, забыв попрощаться. У него заныла спина, на сердце легла тяжесть.

Впрочем, он давно не ощущал легкости. Он забыл, что это такое. Гнет, который он носил в себе, толкал его на неадекватные поступки. Чтобы пощекотать себе нервы и отвлечься, он направился в сторону пустыря.

Бортникову не хватало воздуху. Разговор с этим человеком словно высосал из него изрядную долю энергии. Он открыл окно и высунулся наружу, чтобы охладить горящую голову.

Внезапно в кабинет ворвалась санитарка, кинулась к Марише, и они возбужденно зашушукались. Доктор не слышал, о чем они говорят.

Он вспомнил о больном ангиной, которого посетил утром. Его томило плохое предчувствие. Надо бы проведать человека, но у него не было ни сил, ни желания. Хотелось одного – поесть и лечь.

– Кирилл Сергеич…

Он обернулся и увидел, что санитарка ушла, а Мариша вот-вот хлопнется в обморок.

– Что с тобой?

Она пошатнулась и схватилась за сердце.

– Авилова…

– Что Авилова? Что?! Да говори же!

– Ее… убили…

– Не понял.