Полуденный демон

Оперативник промычал нечто невразумительное и отхлебнул холодного чая.

– У Ветлугина были враги?

– У него-то? Надо полагать, были. Характер у него тяжелый.

– Ваша дочь жаловалась вам на мужа?

– Послушайте… что вы с разных сторон за один кончик хватаетесь? Не убивала Мариша! Она не такая. Я свою дочь знаю…

ГЛАВА 5

Черный Лог

Глории опять приснился ее навязчивый сон. Он будто прирос к ней, стал неизменным атрибутом ее существования. Погрузившись в него, она уже узнавала нескончаемую анфиладу комнат с распахнутыми дверями, лепнину на стенах, расписные плафоны на потолках… пылающие свечи в массивных канделябрах…

Даже звуки этого сна становились для нее привычными – шум апельсинового сада за окнами, приглушенный говор странных обитателей… чарующая музыка… грохот колес…

Именно грохот колес и разбудил ее сегодня.

Вернее, она проснулась от страха. Прямо по аллее сада на нее во весь опор неслась колесница…

– А-а-ааа!

Крик раздался только в ее воображении. На самом же деле Глория поднялась с подушек и молча села на кровати, уставившись на гобелен «Русалочья охота»…

Нарядные всадницы, казалось, посмеивались над ней.

Свора гончих кружилась на зеленой поляне. Шумели деревья. Впрочем, какое «шумели»? Это ведь только настенный ковер с вытканным на нем изображением.

На другом настенном ковре была выткана сцена придворной жизни. Царь Соломон встречает царицу Савскую…

«Сколько он может ее встречать? – мысленно простонала Глория, окончательно просыпаясь.

 – Карлик не зря повесил здесь эти гобелены, а потом поселил меня в этой уютной спальне[4 - Подробнее читайте об этом в романе Н. Солнцевой «Копи царицы Савской».]. Он во все вкладывал тайный смысл. Я должна понять…»

Сквозь плотную ткань штор пробивался свет. День обещал быть теплым, но пасмурным, дождливым.

Глория зевнула, потянулась и отправилась в ванную. Утренний туалет занимал у нее около часа. Душ, прическа, легкий макияж. Из одежды она сегодня выбрала льняной домашний костюм – брюки и тунику с вышивкой.

Санта ждал ее в столовой с завтраком. Яйца, гренки, кофе и абрикосовый джем. Чисто европейская трапеза.

Она молча жевала, обдумывая историю вчерашнего посетителя. Господин Морозов произвел на нее неоднозначное впечатление. Когда с него слетели лоск и напускная бравада, перед ней оказался ранимый и запутавшийся человек. Он боялся встречи со своей первой любовью, боялся своих чувств и того, что сулила ему эта встреча.