Иди за мной

Всего одиннадцать дней и ночей в одиночестве, в тишине, вдали от цивилизации. Только солнце, луна и бескрайние пески…

У Рената в ушах стоял гул, сознание мутилось. Вернер говорил и говорил. Его слова падали на слушателя, словно капли дождя на иссохшую землю, и тут же впитывались.

«Одиннадцать дней и ночей… – отпечаталось в памяти Рената. – Медитация… пустыня… тишина…»

Когда он очнулся, в зале было темно, вся группа давно разошлась по домам. Только Вернер сидел на коврике, ожидая его пробуждения.

– Я уснул?

– Вы погрузились в транс. Это нормально.

– Я мало что помню…

– Ерунда! Все необходимое вы усвоили. Теперь принимайтесь за дело, мой друг.

– Каким образом?

– Жизнь подскажет, – хохотнул Вернер, оставаясь серьезным. – Что-то мы засиделись! Вы не находите? Вам домой не пора?

Ренат посмотрел на часы. Ого! Уже поздно, а он торчит в клубе. Что-то Вернер с ним сотворил, напустил какого-то дурману. А теперь сам же подкалывает.

– Извините…

Он вышел из клуба и побрел к остановке метро, как в тумане. Хорошо, что сегодня он без машины. За руль в таком состоянии лучше не садиться.

В вагоне его укачало. Он чуть не проехал свою остановку. Зоя разбудила его своим звонком. Ренат торопливо вскочил и в последний момент выскользнул на залитую светом платформу, прижимая телефон к уху.

– Ты спишь?

– Задремал в метро, – признался он, шагая к эскалатору. – Если бы не ты, доехал бы до конечной.

Зоя, которая ожидала упреков, радостно перевела дух.

– Ты не сердишься?

– Конечно, нет…

– Завтра встретимся?

«Одиннадцать суток!.. – вспыхнуло в его сознании. – Пустыня!.. Тишина…»

– Меня посылают в командировку, – солгал он. – На две недели. Срочный проект. Загородная усадьба одного банкира. Сроки поджимают, так что буду работать сутками. Телефон отключу. Не звони мне, ладно?

Зоя взволнованно дышала в трубку.

– Целых две недели… – простонала она.

– Всего четырнадцать дней.

– Боже! Неужели ты не улучишь минутки, чтобы я могла услышать твой голос?..

– Я не ребенок, Зоя, – отрезал Ренат. – А ты не моя мамочка. Со мной ничего не случится, поверь.

Он ненавидел себя за эти никчемные оправдания. Дрожащий голос Зои жутко раздражал его.