Иди за мной

– Боже! Как я устала…

– Скоро станет тепло. Я уступаю тебе лежанку, а сам лягу на полу, в спальнике.

– У тебя есть спальник?

– Купил перед отъездом, – кивнул Ренат.

– Почему же ты мне ничего не сказал? – обиделась Лариса. – Не предупредил, что брать?

– Я думал, ты сама знаешь. Впрочем, извини, я не прав. Должен был позаботиться о твоем снаряжении, признаю. Но как-то упустил этот момент.

– Упустил! А мне теперь как быть?

– Не волнуйся. Все устроим. Хочешь, бери мой спальник.

– Не надо, – насупилась она.

 – На лежанке теплее.

Печка разгорелась. Ренат отыскал тряпку, принес воды из родника, и они с Ларисой дружно взялись наводить порядок. Через час сторожку было не узнать.

– Ну вот, другое дело…

Поужинали мясными консервами и чаем, заваренным в пакетиках.

– Ненавижу «утопленников», – ворчала Лариса. – И кружки железные терпеть не могу. Руки печет!

– Слушай, ты всегда брюзжишь, или только со мной?

– Всегда! Так что привыкай.

– Попробую…

Чай был горячий, невкусный; края кружки обжигали губы.

Лариса больше не жаловалась, пристыженная замечанием Рената. А тот предвкушал завтрашний день. Завтра они начнут то, ради чего забрались в этот медвежий угол.

Внезапно всплыл в памяти сон, который он видел в поезде. Юная красавица в черном пеньюаре, рыжие пряди в ее белокурой шевелюре… роскошный вагон, Вернер в купе проводников…

Мысли путались, сознание меркло. Ренат тоже устал, хотя бодрился и не подавал виду, что едва держится на ногах. Его физическая форма оставляла желать лучшего.

Он забросил фитнес, злоупотреблял фастфудом, перестал бегать по утрам.

«Рутина засосала, – оправдывал он свою лень. – Я расслабился благодаря непритязательности дам бальзаковского возраста, с которыми кручу роман за романом. Это они довели меня до ручки!»

Вернер высмеял бы его за этот вывод. Гуру настаивал на том, что человек сам является источником своих проблем. Такая постановка вопроса не всем нравилась. Члены клуба открыто не возражали, зато перешептывались в раздевалке и критиковали наставника.

Взваливать на себя груз вины за собственные «проколы» никто не желал.

После ужина Ренат вытрепал найденный за печкой тюфячок и постелил на лежанку.

– Тут клопов нет? – брезгливо осведомилась Лариса.

– Мне пока не попадались. Ложись. Согреешься и уснешь. Завтра все обсудим.

Она не сопротивлялась. Идущее от печки тепло и усыпительный треск дров навевали дрему.

Ренат устроился на полу в спальнике.