Иди за мной

Так мне и надо!

– Вернер поднимет нас на смех, вот увидишь!

– Не обязательно докладывать ему, как мы облажались…

– Этот фокус ему с рук не сойдет, – цедил Ренат. – Я с ним поквитаюсь!

– Интересно, как? Побьешь его? По-моему, идея не из лучших. Вернер довольно силен физически. Он тебя разделает под орех.

– Он мошенник! Настучу на него в полицию и налоговую. Он у меня попляшет…

Лариса истерически захохотала. Вернер – и полиция с налоговой? Несовместимо.

– Последнюю ночь проведем в доме, – заявил Ренат, оскорбленный ее смехом.

 – Нечего дрожать от холода под открытым небом и заниматься глупостями. Хватит! Ритуалы, которые Вернер преподнес нам как некую сокровенную тайну, просто-напросто фикция. Надо признать, мы стали жертвами собственной доверчивости. Вообразили себя особенными, не такими, как все. Вернер сыграл на этом, он поддерживал нашу «исключительность», а мы охотно верили ему. Нам импонировало, что из всей группы он выделял именно нас. Разве нет?

– Ага…

– Ему даже не пришлось нас подталкивать.

Мы сами шли в расставленные сети.

– Какая Вернеру выгода из того, что…

Лариса не договорила. Она могла бы поклясться, что они в сторожке не одни. В какой-то момент за спиной Рената мелькнула женская фигура. Лариса уставилась на нее, как будто увидела живого медведя.

– Там… там…

– Кто?

– Не знаю… померещилось…

– Давай-ка спать, – разозлился Ренат. – Иначе мы точно увидим лешего и Бабу-ягу с метлой.

– Если это Баба-яга, то она… очень красивая…

– После всех этих ужасных дней наши мозги кипят! Как бы нам не заработать психическое расстройство.

Вернер умоет руки, а мы будем молчать, чтобы не позориться перед группой.

– Я больше в клуб ни ногой, – насупилась Лариса. – С меня довольно.

Ночью они оба не сомкнули глаз. Казалось, сторожку со всех сторон окружили волки, которые заунывным воем бередили душу. Докторша встала и выглянула в окно. В зловещей черноте светились волчьи глаза.

– Здесь целая стая! Что, если они подстерегут нас по дороге?

– Ложись спать, – проворчал Ренат.

 – Это кричат ночные птицы, и блестят светлячки.

– Думаешь, я совсем дура?

– Утром нам предстоит пройти несколько километров до просеки. Ложись уже!..

* * *

На рассвете полил дождь. Но Лариса отказалась переждать непогоду в сторожке.

– Я тут и на минуту не останусь. У меня от этого места – мороз по коже. Ты ничего не замечаешь? Вон там, в углу?

– У тебя нервы сдают. Посмотри, как льет.