Шулер с бубновым тузом

– Неужели вы нанесли мне визит, чтобы рассказать о Жанне де Ламотт и пропавших бриллиантах?

– Я столько раз забавлял собеседников сей пикантной историей, что она набила мне оскомину.

Глория молчала, ожидая продолжения.

– Но вам я открою нечто большее, – подмигнул ей призрак. – Алмазы отличаются от всех остальных камней своими волшебными свойствами. Как алхимик скажу вам, что сей камень – самый простой по составу. Мы имеем дело с кристаллическим углеродом, моя дорогая. Однако Плиний[3 - Плиний – (23–24 – 79) римский писатель и ученый.

] называет алмаз величайшей ценностью, которой может обладать человек. Как мистик заявляю, что алмаз представляет собой средоточие могущества, заключенное в твердом кристалле.

– Что из этого следует? – не утерпела она.

– «Ожерелье королевы» содержит в себе тайну, которая предопределила судьбу сего дивного украшения…

Глава 10

Глория вдруг «увидела» огромный блестящий камень, оправленный в желтый металл. Он блестел на ладони свирепого правителя с узкими раскосыми глазами и хищной ухмылкой.

Правитель долго любовался игрой света, истекающего из сердцевины камня, потом бережно убрал его в серебряную шкатулку.

В роскошном шатре горел масляный светильник, пахло сухими травами и целебным отваром. Правитель сделал глоток, прилег и задумался. Его снедали дурные предчувствия, сердце грызла ноющая боль.

Над шатром раскинула свое звездное покрывало ночь. Было слышно, как перекликаются стражники. А вдалеке, за военным станом, в багровых сполохах костров паслись лошади…

Правитель забылся тяжким неглубоким сном.

Он глухо стонал и ворочался на своей твердой постели. Зашипел и погас фитилек светильника, шатер погрузился в душный полумрак. В этом полумраке шевельнулся полог, и внутрь шатра бесшумно скользнула тень. Блеснуло лезвие ножа… Клинок, словно в масло, вошел в ямку под кадыком правителя. Забулькала кровь в его горле… тело дернулось и затихло.

Тень метнулась к шкатулке. Звякнула серебряная крышка… жарко блеснул камень, прежде чем исчезнуть за пазухой убийцы.

Тот прошептал слова благодарности Аллаху, выбрался из шатра и растворился в темноте ночи…

– …алмаз «Эрдэнэ», – услышала Глория и вернулась в беседку.

Она не сразу сообразила, о чем твердит мужчина, одетый по моде восемнадцатого века.

– Это был он, камень, впитавший в себя сияние азиатского солнца и флюиды властителей, которые держали его в своих руках. Реликвия Великих Моголов.

– Великих Моголов? – переспросила Глория.