Смертельный псевдоним

Боже, до чего он дошел! Посторонние люди, следователи, сыщики, копаются в его личной жизни, вытаскивают на свет божий интимные подробности, сплетни, слухи, обсуждают их с другими. Мог ли он подумать?!

Пока доктор стонал и ворочался на своей кровати, Смирнов ехал в клинику пластической хирургии. Не мешало бы выяснить, чьи голоса он слышал ночью, прячась в подсобке. Скорее всего, это были дежурные сестрички.

Главный врач охотно пришел ему на помощь и сообщил фамилии всех сотрудниц, остававшихся на ночь, – их было четверо: докторша, две медсестры и санитарка.

– Ночью у нас было происшествие, – доверительно поведал он Всеславу. – Девушки запуганы, боятся собственной тени. Им показалось, что по коридору бродит маньяк! Хорошо, хоть крик не подняли, не разбудили пациентов!

– Вы обыскали помещение? – невинно поинтересовался сыщик.

– Конечно! Только никого не нашли, кроме несчастного полудохлого котенка. Медсестра Терехина подобрала его на улице и тайком притащила сюда. У нас это строжайше запрещено! Она жалостливая, видите ли! Решила спасти умирающее от голода и холода животное.

Но домой почему-то не понесла, а спрятала котенка в одной из кладовок. Он так ослабел, что даже мяукать не мог, вот все и проморгали. Безобразие! Посреди ночи девицы заскучали, отправились поглядеть, жив их подопечный или нет, что-то треснуло, стукнуло… ну и паника обеспечена. Такой переполох устроили, мама родная! Убийца им померещился!

Смирнову все стало ясно. Именно голоса Терехиной и второй дежурной сестры он слышал, когда девушки пытались открыть замок.

– Могу я побеседовать с ними? – спросил он Семенова.

– Ради бога! А вы что, полагаете, в коридоре действительно кто-то прятался?

От такого предположения гладкое, полное лицо и несколько подбородков главврача покрылись красными пятнами.

– Все возможно.

– Допросите как следует этих вертихвосток! – рассвирепел Семенов. – Развели тут… бардак! Я им покажу!

Поскольку злиться больше было не на кого, все негодование он излил в адрес дежурных сестер.

Сыщик не вмешивался. Когда поток угроз и ругани иссяк, главный врач объяснил, что поговорить с нерадивыми сотрудницами раньше завтрашнего дня не удастся, – они отсыпаются после ночи.

Еще полчаса Семенов жаловался на дичайшие слухи, которые гуляют по клинике и обрастают жуткими подробностями, как снежный ком.

– Одни болтают, что среди нас завелся маньяк, – прошептал он, оглядываясь на дверь.