Следы богов

Пусть их ребята помогут нашим. На каждой заправке будут находиться три вооруженных охранника – два из «Ареса» и один наш. Ну и в офисах, конечно, тоже. Ты, Павел Иванович, сам будь поосторожнее. Я к тебе двоих парней приставил, так ты, будь добр, слушайся их.

Широков скривился. Он терпеть не мог личную охрану и старался обходиться без телохранителей.

– Выпьем, – неопределенно качнул он головой: то ли согласился, то ли нет. – За неприкосновенность наших объектов!

Коньяк здесь подавали отменный и закуску неплохую.

Официант принес горячее – котлеты по-киевски, форель в белом соусе и жареные грибы. Широков любил хорошо поесть на свежем воздухе, но сегодня аппетита не было.

– Никак невозможно установить, кто стрелял?

– Меня больше заказчик интересует, – сказал Багиров, принимаясь за форель. – Откуда у проблемы ноги растут? Я велел ребятам не слоняться открыто по объектам, а сидеть в засаде. Если нападение повторится, попробуем захватить одного из «гостей». Он нам расскажет все, что знает.

Павел вздохнул с сомнением – вряд ли простые исполнители посвящены в детали. Им заплатили, они стреляют.

Багиров тоже особых надежд не питал, но… на безрыбье и рак рыба. Лучше, чем ничего.

– Ты, Боря, заплати сыщикам из ментовки, – сказал Широков. – Да не скупись. Они, когда хотят, умеют работать. Чем черт не шутит?

– Уже сделано.

Широков жевал котлету, не ощущая вкуса. Ему вспомнился сон. Как Зубр признался, что помочь не сможет.

– Ты в сны веришь? – спросил он Багирова.

Тот удивленно поднял глаза.

– Давай лучше выпьем, Павел Иванович.

Он налил в бокалы по приличной порции коньяка. Широков возражать не стал, молча выпил. Алкоголь не оказывал на него существенного воздействия. Может, поэтому он и не пристрастился к водке, как остальные. Бизнес – занятие нервное. То и дело разрядка требуется. Вот и снимают напряжение, у кого как получается.

Отношения Широкова с начальником по безопасности представляли собой тот редкий случай, когда и босс, и сотрудник нравились друг другу.

Даже общались они между собой вроде бы по-свойски, но с уважением: на «ты», зато по имени-отчеству.

Борис видел в Варяге не только бывшего бандита, нынешнего жесткого, циничного дельца, но прежде всего человека, который сумел «сделать себя», разбогатеть и не зазнаться, не потерять почву под ногами. Широков поднимался с самого дна, за счет собственных способностей.