Убийство в пятом варианте

 – Вам лучше рассказать нам всё, без утайки…

* * *

Деревня Трошино

Ступников поливал траву на теннисном корте, когда ему позвонили.

– Ты? – удивился он.

– Не рад? – отозвался женский голос в трубке. – Открывай, я стою у калитки.

– Я же просил предупреждать заранее…

– Экстренные обстоятельства. Давай, не тяни, а то соседи увидят. Собаки подняли лай на всю улицу. Слышишь?

– Они каждый велосипед облаивают.

В вольере проснулись ротвейлеры и присоединились к собачьему хору.

– Цыц! – гаркнул на них Ступников, отключил оросительную систему и пошел к калитке.

– С приездом! К добру ли?

– Ты один? – спросила женщина, ступая по вымощенной плитками дорожке.

– Кому тут еще быть-то? Хозяин занят работой, а хозяйка сюда вовсе не заглядывает.

Женщина остановилась, прильнула к нему и поцеловала в щеку.

– У, неряха! Опять щетину отрастил! Колется.

– Если б знал, что ты пожалуешь, побрился бы.

– Горничная сегодня придет убирать?

– Она вчера была. Что случилось, Настя?

– Идем в дом, расскажу.

Жарко…

Гостья была в светлом платье и солнечных очках. Лицо закрывала шляпа с широкими косыми полями.

– Предусмотрительно, – оценил шляпу Ступников. – Умная ты баба, только настырная. Тебя в редакции не хватятся?

– Я взяла отгулы. Лето все-таки.

Ступинков впустил ее в дом и провел в просторную кухню-гостиную. Достал из холодильника минералку.

– Так что случилось? Не томи.

– Соскучилась, Аркаша! Сил нет терпеть!

Она сняла шляпу, очки и прижалась к нему горячим телом.

На кухонном диване они с трудом поместились вдвоем. Молния на ее платье не поддавалась, и Ступников просто поднял юбку, просунул руку и потянул вниз кружевные трусики…

Настя не любила долгих прелюдий, и он это знал. Быстрое возбуждение захватило обоих. Когда они насытились друг другом, любовница отправилась в душ. Аркадий отдышался и полез в холодильник за водкой. Желание схлынуло, и к нему вернулся здравый рассудок. Вот так внезапно, без предварительной договоренности Настя еще не приезжала.

Он стоя глотнул водки, закусил долькой лимона и подкрался к двери в ванную комнату. Шумела вода, пахло ромашковым гелем, которым обычно пользовался хозяин. «От него не убудет», – подумал Аркадий, прислушиваясь к своему учащенному сердцебиению. Это не только последствия страсти, но и смутное беспокойство. Он ощутил его с самого утра, едва проснувшись.

Настя выключила воду, и он на цыпочках вернулся в кухню. Нельзя, чтобы она застала его под дверью.