Убийство в пятом варианте

 – Любовь зла!

Стакан с колой упал на траву, лед вывалился. Когда Настя была готова отдаться, Ступников отпустил ее и поднялся на ноги.

– Ты куда?

– К собакам. Они требуют моего внимания.

– Сволочь!

– Не отрицаю, – на ходу бросил Ступников, шагая к вольеру. – Отдыхай, милая!

– Сволочь! – со слезами в голосе повторила Настя. – Зачем я только с тобой связалась?!

Она отлично знала, что привлекало ее в Аркаше. Сексуальная сила. Не каждый мужчина мог удовлетворить ее чувственность, а у него получалось.

Он был неутомим в постельных играх, так же как и она.

Настя вытянулась на лежаке и закрыла глаза. Нет так нет. Она возьмет свое после ужина. Наверстает упущенное.

Над головой висели на ветках яблоки с красноватыми бочками. Твердые и кислые, недозрелые. Она с наслаждением вдыхала их запах, представляя себя Евой в Эдеме. Никуда Адаму от нее не деться…

* * *

Москва

Лариса пересказывала историю Джейн со странным ощущением какого-то несоответствия. Изложенные события казались нелогичными.

Для художественной литературы это нормально, но для подлинного жизнеописания – не совсем.

– Не понимаю, что здесь не так! – воскликнул Ренат.

Он внимательно слушал, в отличие от прошлого раза, когда большая часть повествования была пропущена мимо ушей.

По мере развития отношений русской переводчицы Лизы и британского подданного, поступки последнего становились все более абсурдными.

– Что-то сдвигается в моем сознании. Меня жутко колбасит.

– Я чувствую то же самое, – призналась Лариса.

 – Нельзя назвать это вымыслом, нельзя и за правду принять.

– Правда и ложь – понятия относительные, как говаривал наш гуру Вернер.

– Нам нужна не философская, а практическая оценка содержания рукописи.

– Ну, если практическая… то многое в тексте не стыкуется. Сомнительно выглядит внезапный приезд Чарльза к отвергнутой ранее возлюбленной. Он не писал, не звонил и вдруг свалился, как снег на голову, в подмосковный поселок. Да еще и остался жить в деревянном сельском доме без удобств! Это после Лондона! Любовь, конечно, великая сила, но где же она была раньше?

– Джейн пишет, что ее мать тоже задавалась этим вопросом и даже осмелилась спросить у Чарльза.

Тот отвечал путано и свел все к борьбе с собственными чувствами. Этим-де объясняется его поступок! Желанием покончить с бесперспективными, по его мнению, отношениями. Когда он осознал, что не может жить без Лизы, то действовал импульсивно, поддавшись душевному порыву.