В храме Солнца деревья золотые

Не хочу кривить душой: визит к вам не доставляет мне никакого удовольствия. Это вынужденная мера.

– Вот как?

– К сожалению. Жена настояла. Я ей пообещал.

– Что ж, значит, у вас нет выбора. Проходите, снимайте пальто… садитесь.

Она заставила себя улыбнуться. Даниил Петрович показался ей отталкивающе враждебным. Он явно презирал и ее саму, и ее ремесло.

– Итак, я должен отвечать на ваши вопросы?

Ревин заложил ногу на ногу и уставился на узкий носок своего ботинка, всем видом демонстрируя, что это ему гораздо интереснее, чем доктор Закревская.

– Давайте просто побеседуем, – предложила она. – На тему, которую выберете вы, а не я.

– Вы гарантируете конфиденциальность?

– Безусловно.

– Впрочем, мне нечего рассказать вам. Но сам визит к психотерапевту… накладывает определенный отпечаток. Люди этого не афишируют. Я абсолютно нормален. Жена с чего-то вообразила, будто у меня проблемы.

Закревская промолчала. Молчал и Ревин, раскачивая носком ботинка.

– Почему вы все-таки пришли? – наконец спросила она.

– Говорю же, супруга потребовала…

– А вы, как настоящий мужчина, всегда держите слово.

– Стараюсь… – буркнул бизнесмен. – Ну, валяйте, задавайте ваши вопросы. Мое время дорого стоит.

– Представьте, мое тоже.

– Допустим, – Ревин с трудом сдерживал готовую вот-вот прорваться злость. – Что я должен делать?

– Давайте поговорим. О погоде, например.

– Вы смеетесь надо мной? Я приехал на другой конец города говорить с вами о погоде?!

– Почему бы и нет?

– Идиотизм!

– Как вам понравилась Москва, скованная морозом? – невозмутимо продолжала Ангелина Львовна.

Ревин уставился на нее с видом жертвы, которая в силу определенных причин вынуждена сносить все издевательства.

– Ну, мороз, – промямлил он. – Все белое. И что?

– Вам нравятся лед под ногами, снег, холод?

– Не очень, – передернул плечами Даниил Петрович.

– Напоминает что-то неприятное?

– Сейчас, я полагаю, вы спросите, что именно… Закревская кивнула.

– Правильно полагаете.

– И я должен буду рассказать?

– Желательно, – улыбнулась она. – Мне интересно.

– В самом деле?

Ревин иронизировал, но что-то в нем дрогнуло. Видно было, что он хочет поделиться своими воспоминаниями. Ангелина Львовна не торопила его, ждала.

– Видите ли… – усмехнулся бизнесмен. – Я ведь в прошлом альпинист, и с некоторых пор снега, льды и ветра напоминают мне горы, наши былые походы, подъемы, траверсы, ледники, солнце и… моих товарищей.