Зеленый омут

Работа предназначалась для французского журнала. Ему необходимо было чем-то заняться, переключить внимание.

Потом он подумал, как лучше помочь Нине с распродажей, и позвонил Игорю, давнему знакомому. Игорь работал в адвокатской конторе и пообещал оказать содействие в оформлении документов и прочем, что могло понадобиться. Кажется, все.

Сергей обошел дом, поражаясь разнообразию интересов Артура – вещей, вещиц и вещичек было напихано куда только можно и нельзя. Только что с потолка ничего не свисало, а все остальное пространство было уставлено старой мебелью, какими-то мрачными гравюрами в стиле Дюрера [16 - Дюрер Альбрехт – немецкий живописец, график.

], декоративными панно, древними картами морей и океанов, глобусами разных размеров, индейскими масками, потемневшими от времени деревянными ларцами, треснувшими вазами, багетными рамами, ритуальными фигурками всех времен и народов, японскими ширмами, изделиями из кости и коралла, раковинами, засушенными плодами экзотических растений… Легче перечислить, чего тут не было.

Библиотека, которая занимала отдельную комнату, была полна редкостных букинистических изданий. Очень много книг по истории искусств, различным эзотерическим практикам, буддизму, спиритизму, астрологии, нумерологии [17 - Нумерология – наука о числах.], хиромантии [18 - Хиромантия – гадание по линиям и бугоркам ладони.], оккультизму. Много старых рукописей, пожелтевших от времени, в довольно плохом состоянии, разных свитков, дореволюционных журналов. Где Артур все это раздобыл?

Нина рассказала, что Артур предчувствовал свою смерть.

Перед выставкой он несколько раз заводил с ней разговор о том, что с ним может случиться плохое.

– Тогда ты бросай все и беги, – говорил он, нервно вздрагивая и оглядываясь.

– Куда? Зачем?

– Не знаю, куда. В глушь, где никто не найдет. А то они и до тебя доберутся!

Ей казалось, что он сходит с ума. Или она.

– Кто? Что им от нас надо? Артур, прошу тебя, расскажи мне все.

Но он не пускался в дальнейшие объяснения, только давал советы: сменить фамилию на девичью и никому, ни одной живой душе не оставлять нового адреса.

– Но, ради Бога, Артур, почему? Что происходит? Ты кого-то боишься?

– Они нашли меня. Как им это удалось, а? – он спрашивал сам себя. – Что их навело на след? Если бы я знал! Если бы я только знал!

Дальнейшие расспросы ни к чему не вели. Художник замыкался в себе, становился угрюмым и раздражительным. Почти все свободное время проводил в мастерской.