Зеленый омут

И его жизнь измерялась теми часами, когда он мог украдкой, во время уроков смотреть на нее, получая двойки и длиннющие замечания в дневник. Но это было неважно. По ночам он мечтал о завтрашнем утре и о том, что увидит ее…

Однажды произошло страшное: ее место справа у окна оказалось пустым. Сначала Сергей подумал, что девочка заболела, но дни шли, а она все не появлялась. Ее родители переехали в другой город. Сергей не мог вспомнить, как он узнал об этом. Новость обрушилась на него с такой силой, что он на некоторое время ослеп и оглох.

Он ходил в школу, делал уроки, ел, пил и отвечал на вопросы, но на самом деле все это делал за него кто-то другой. Сам же Сергей застыл, оцепенел и как бы заснул от боли, слишком сильной, чтобы ее выносить.

Он проклинал себя за то, что так и не рассказал ей о своей любви, о том, как она дорога ему, как она много значит для него… Откуда он знал про любовь? Просто знал, и все. Сергей решил написать девочке письмо. Он узнал ее адрес, долго мучился, ночами сочиняя свое послание, самое важное, от которого зависела вся его жизнь.

Горский до сих пор помнил, как перехватило от волнения горло и задрожали руки, когда он подошел к выкрашенному синей краской почтовому ящику, чтобы опустить заветный конверт.

Наступили дни ожидания, отчаяние сменялось надеждой, которая все таяла. Прошло томительных пол года бессонных ночей и тоскливых, беспросветных дней. Жизнь стала серой и унылой, как осеннее небо.

Потом Сергей понял, что ответа не будет. Никогда.

Мир померк, а переполненное любовью сердце уснуло летаргическим сном, долгим, как вечность. Он принял роковое решение: никогда, никогда и никого, ни одну вероломную женщину, девушку, девчонку – не любить искренне. Он представлял свое сердце растоптанным и истекающим кровью, валяющимся в грязи и пыли, в забвении.

Больше никогда! Ни за что! Они не достойны его любви, его поклонения…

Сергей превратился в мстителя, нанося страшные и болезненные раны направо и налево, разрушая и смеясь, заглушая этим свою боль, которая не хотела уходить.

Далекая тонконогая девочка, желанная и ненавистная, закрыла его сердце на ключ, а потом забрала этот ключ с собой. Это она лишила его сострадания, сделала монстром, наглым и спокойным, неотразимым, великолепным, холодным, искушенным и равнодушным. Мертвым. Вот так, пожалуй, будет правильно. Она убила его. Молча и безжалостно.