Арикона, или Властелины Преисподней

Подхватив разомлевшую от горячей воды и одуряющих запахов роз Арикону (в ее зашумевшей голове возникло и исчезло удивление – что это такое подбрасывают ведьмы щедрыми горстями в огоньки свечей? Не наркотики ли?), они уложили ее на пушистом ковре и продолжили свои развратные игры, продолжая хохотать, вздыхать и постанывать от разрывающей их страсти… Поддавшись их желанию и даже не стремясь сопротивляться, Арикона погрузилась в раскаленные волны похоти, а ведьмы массировали ее, скользили по ней своими молодыми телами, что-то шептали, гладили колени, бедра, живот, подбираясь к напрягшейся груди и раскрытым взмокшим губам, пока Арикона не задрожала, не покрылась испариной наслаждения и не закричала в руках бестий, зажмурив глаза и изогнувшись дугой на ковре… Только после этого ведьмы, уставшие от любви и довольные своей работой, упали рядом с ней и долго еще целовали ее разгоряченные плечи и обессиленные руки.

Из ванной комнаты Арикона вышла чистой, свежей, сверкающей, глянцевой, как кукла. Парикмахер тотчас усадил ее в кресло и, бурча себе под нос проклятья по поводу варварского отношения к волосам, начал стричь, начесывать, завивать и укладывать непослушные вихры, не жалея лака и желе.

Принесли платье на деревянном вешале, аккуратно поставили возле кровати, рядом положили туфельки, щедро украшенные золотыми чешуйками и бриллиантами, на кровати разлеглось изысканное нижнее белье с чулочками и коробочки с драгоценностями. Платье отражалось в зеркале и от переливающегося золотого огня его отблесков у Ариконы заболели глаза.

По комнате гулял сквознячок и платье, выглядевшее тяжелым, трепетало, как паутинка, как жидкий расплавленный металл. Глубокое декольте, тонкие бретельки, как у сарафана, откровенный вырез сбоку по ноге почти до самого бедра, алмазные россыпи по подолу и декольте, – роскошь и изящество, непривычное Ариконе.

Она смотрела на платье в зеркало, разомлевшая от мягких рук ведьмочек и чудесных масел, а те стояли наготове с кисточками, губками, тенями и пудрой возле нее и страстно дышали прямо ей в ухо… Адские соблазнительницы.

Никому от них не было спасения – ни мужчинам, ни женщинам. Арикона закрыла глаза, ощущая тепло дыхания юных развратниц на своей коже и прикосновения их жадных ртов, которые всколыхнули новый огонь внутри тела. Парикмахер закончил работу, собрал свои инструменты, раскланялся, убежал дальше, к следующим демонам,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».