В дециметрах от рая

Коктейль у него был еще больше по размерам и количеству воткнутых зонтиков. Где-то звучала музыка, пары неподалеку танцевали латину. Под ленивый перебор струн время тянулось и тянулось, горизонт над океаном разливался розовым фиолетом, а коктейли становились все больше и крепче. Казалось, все в баре уже напились выше ватерлинии. Апельсин солнца падал в глубины.

И вдруг. Наверно первый раз в жизни сероглазый мужчина, так похожий на серфингиста-чемпиона, не втянул коктейль, а поперхнулся и булькнул его обратно.

Сзади раздался звон битого стекла: тропический прожигатель от восторга уронил стакан. Весь бар обомлел и затих. Струны не перебирались, утих топот ног танцоров. По пляжу шла ОНА….

Легчайшая тонкая фигурка в светлом развевающемся платье, казалась Афродитой, рожденной из морской пены. Тонкие ножки, покрытые золотистыми поцелуями солнца, ступали маленькими ступнями по песку, ветер развевал длинные светлые волосы, широко распахнутые глаза сияли голубизной. Это было чудесное виденье, снизошедшее в бар.

Бармен очарованно подвинул для нее самый красивый коктейль, и вечер стал еще более сказочным.

Девушка молча выпила напиток и упорхнула в темноту пляжа, оставляя почти незаметные босые следы, под восторженное улюлюканье шепотом на разных языках. Прожигатель цокал языком и что-то бормотал по-испански.

Магазин с баклажанами так и не открылся, поэтому сероглазый мужчина направился в близлежайшую гостиницу, где на хрустких белоснежных простынях ему грезилась красавица с пляжа.

Утренний кофе, сопровождаемый криками райских птиц, развеял ночную сумятицу, настроил его ум на холодный лад и сосредоточение на покупке кукурузы и баклажанов для тетушки.

Взяв местного рикшу, он объездил местные достопримечательности, посетив культовые и не очень сооружения. А вечером опять пошел в бар на пляже.

Состав отдыхающих почти не изменился с предыдущего вечера: гитарист бренчал страстные мелодии, танцоры переплетались ногами, пропитые любители рома, поднимали бокалы.

Прожигатель сидел за тем же столиком и бренчал брелком. Океан накатывал бирюзу вод, и солнце не меняло своей траектории.

И, вдруг, в воздухе опять зазвенела любовь. Тонкая фигурка опять невесомо шла по песку и, казалось, даже небо, пальмы, чайки и океан любовались ею. Она подошла к стойке и взяла свой тропический коктейль. Гулко зазвучали барабаны, запела гитара, танцоры ритмично затопали.