Частный детектив Пятаков. Закоулки памяти

А если не доверяете моим словам, то можете позвонить в военный госпиталь, они подтвердят мою квалификацию.

Молодой человек непроизвольно дернулся на месте, было видно, как он борется с одолевавшими его сомнениями. Наконец он принял решение, резко развернулся на каблуках и поспешно скрылся в глубине помещения. Было слышно, как он раздает указания медицинскому персоналу. За дверями послышался нарастающий гул множества голосов, разлетавшихся эхом по коридору. Операция по спасению человека началась!

Молча и торопливо, из дверей выскочил всё тот же «бездушный» охранник, толкая перед собой каталку.

Они с Антоном, не говоря друг другу ни слова, как настоящая слаженная команда, вытащили раненого из машины и уложили на тележку. Пострадавший уже даже не стонал, да и вообще не подавал хоть каких-нибудь признаков жизни. Охранник спешно направил каталку внутрь. Остальные последовали за ним. Антон с Марией остались в фойе, а Елена Дмитриевна проследовала дальше, сопровождая пациента, и давая ценные указания суетившимся вокруг медицинским работникам.

– Надеюсь, мы успели вовремя и с ним все будет в порядке? – грустно промолвила девушка, рухнув от усталости в кресло, стоявшее в коридоре.

– Не волнуйся! Он в надёжных руках, – взяв за руку, успокоил её сыщик, хотя сам и не был в этом на сто процентов уверен. – Мама и не таких с того света доставала. Думаю, выкарабкается. Ему можно сказать, что невероятно повезло. Если бы её здесь не оказалось, то и оперировать его было бы некому.

И я не ручаюсь за то, что его успели бы довезти до города. Считай, он в рубашке родился!

Через мгновение суета закончилась, все куда-то одним разом подевались и в помещении Антон с Машей остались совершенно одни. Лишь откуда-то издалека до них доносились чьи-то еле различимые голоса. В глубине коридора хлопнула дверь, и появился всё тот же страж местного порядка. Он направился к ним с виноватой улыбкой на лице.

– Вы извините меня, – начал он, переминаясь с ноги на ногу, – что не воспринял ваши слова всерьёз.

– Проехали, – устало ответил Пятаков, махнув рукой. Ему совершенно не хотелось сейчас ни с кем говорить.

– У нас ведь тут каждый день кто-нибудь да прибегает, крича, что вопрос жизни и смерти, – принялся виновато оправдываться он. – В итоге выясняется, что дело и выеденного яйца не стоит. А я нагоняй от начальства получаю, за то, что всех на уши поставил.