Загадка последнего Сфинкса

– Я могу сослаться на вас?

– Можете, деточка, однако вряд ли это возымеет действие. Но… попробуйте. Обязательно позвоните предварительно.

Астра послушалась совета. На счастье, трубку взяла не сама отставная примадонна, а ее гостья.

– Вы кто? – бесцеремонно спросила она. – Если опять журналистка, то…

– Нет! Я по личному вопросу. Относительно смерти господина Никонова.

– Вы что-то знаете? – Отчаяние, надежда на чудо и болезненный, жадный интерес прозвучали в голосе женщины. – Я его мать.

– Можно мне приехать?

– Да, конечно.

Не веря в удачу, Астра кинулась одеваться: длинный строгий темный свитер и черные брюки в обтяжку, короткая шубка, черный шарф на гладко зачесанных назад волосах. Ее вид не должен оскорбить глубокую печаль матери, потерявшей сына.

На улице шел мелкий снежок, на тротуарах дети раскатали ледяные дорожки; прохожие опасливо обходили их, боясь поскользнуться. Астра прокатилась, устыдилась своего порыва, наклонила голову и поспешно зашагала к метро.

Через час она уже звонила в дверь, за которой ее ждали две убитые горем женщины.

Мать скрипача поразила ее увядшей, но благородной красотой: не тронутая краской седина в черных волосах, изломанная линия бровей, красные от слез глаза, в которых еще не угас загадочный огонь. Она пригласила молодую женщину в полутемный кабинет с паркетным полом натертым воском, с книжными шкафами до потолка и массивным письменным столом.

– Что вы знаете? – едва опустившись на кожаный диван, спросила Никонова.

По дороге, сидя в вагоне метро, Астра придумала обоснование своему визиту. Ей необходимо было вызвать собеседницу на откровенность.

– Видите ли… мне неловко говорить об этом, но…

– Говорите же! Ради памяти моего сына я на все пойду, чтобы наказать убийцу.

– Понимаете, Власа незадолго до гибели что-то тревожило, и он обратился ко мне с необычной просьбой. Он… хотел провести сеанс ясновидения! – выпалила Астра.

Изогнутые брови Никоновой поползли вверх.

– А зачем, простите?

– Влас взял с меня слово, что это останется между нами, и я сдержала обещание. Нельзя нарушать волю… покойного. С тех пор обстоятельства несколько изменились. Следствие топчется на месте, убийца имеет все шансы уйти от возмездия. Разве мы можем позволить ему это, госпожа Никонова?

– Меня зовут Людмила… Людмила Романовна.