Руна Райдо

– Мне нравится в монастыре, дорогуша, то, что мы тут пользуемся всеми благами и удобствами богатых леди, но не обязаны играть в их скучные игры: следовать нелепой моде, тратить на все эти наряды и побрякушки время и деньги, точнее вести игру так, чтобы отцы и мужья их тратили. Ведь своих денег у этих бедняжек, в отличие от нас, нет.

У нас отсутствуют обязанности перед родом и семейством: вести себя «приличествующим образом», носиться со своей невинностью и тыкать ею в нос – единственное спасение от грубых притязаний возбужденных мужиков.

Сперва изображать покорность, скромность и нежные дочерние чувства, что бы ни позволял себе самодур-отец, в полной власти которого ты находишься, потом играть в «невесту». Это, может еще кому-то нравится: иллюзии, помрачение рассудка и то, что я называю « сны разума о любви». Но, частенько, эти странички, увы, вырваны жестокой рукой папаши или братца. Вот так – даже краткая приятная часть отсутствует.

Правда после законного брака, когда все успокоятся, умная дама может организовать себе немного разврата в том или ином подходящем варианте, что весьма бодрит и оживляет… При желании, кстати, это и здесь можно устроить.

Но все равно начнется этот пожизненный унылый «домашний очаг»: терпеть « супружеские отношения», этот… «супружеский долг», как они называют комплекс упражнений, не имеющий ничего общего с добротным сексом, но приводящий к омерзительному, мучительному состоянию беременности. Затем – опасные, сравнимые со смертной пыткой роды и, если не помрешь, кормить прожорливое во всех смыслах потомство, которое не только грудь – всю душу твою высосет, возиться с детским дерьмом и выслушивать докучливые советы пожилых родственниц.

Отдельное испытание – кормилицы, няньки и прочая женская челядь. После четырех-пяти актов размножения осознаешь, что тебя больше нет, а из зеркала на тебя глядит из-под отекших век оплывшая старушка с целым букетом хворей.

– У нас тут совсем другие интересы – подхватила Вайлиса, отставляя изысканную стеклянную чашу, из которой она выбирала виноградины покрупнее.

– Кто туда поставил сыр? Ну вот, набрызгали прямо в блюдо. К тому же, что удачно… Мы защищены ото всей этой дикости и мракобесия: мы не будем обвинены в колдовстве, отравлениях, сношениях с сатаной – ведь мы сами – духовные лица. Наше благочестие не будет подвергнуто сомнению, не смотря на изыскания в области гм… метафизики.