Вкусные рассказы. Истории, приправленные добротой, теплом души и любовью

Дочь должна уметь всё, что делает мать, и даже немного больше. Будет вкусно, уверяю!

«Шерше ля фам»

Володя Никифоров раньше не замечал, что из третьей квартиры так вкусно пахнет едой. Он и не замечал раньше этой третьей квартиры. С работы бегом, на работу бегом, а тут третья квартира и этот запах, запах, от которого подкашивались его ноги, а мозг не хотел ничего воспринимать, кроме этого запаха.

Жена Володи, устав от безденежья и ожидания светлого будущего, которое никак не приходило, однажды просто собрала чемодан и уехала к маме, оставив его выплачивать ипотеку за крохотную однушку на пятом этаже.

Володя горевал недолго, пятницу и субботу – свои законные выходные. В воскресенье, осушив полуторалитровую бутылочку газированной воды и осознав, что свято место сантехника пусто не бывает, он отправился на работу в ЖЭК.

Вышел из дома, зашёл за угол, вот и работа. Работай себе на здоровье, ковыряйся в трубах и в том, что из них выливается. Сантехники – люди нужные, только вот Володя своей значимости то ли не осознавал, то ли не хотел принимать.

Халтурку брал, конечно.

Но когда спрашивали: «Сколько?», всегда отводил глаза и отвечал: «А сколько не жалко». Все его заказчики понятие «не жалко» и уставший вид всегда воспринимали однозначно, этого хватало только на недорогие мужские радости в выходные. На том и заканчивалось всё.

А тут вдруг запах. Запах, который разворачивал не только лёгкие, но и выворачивал душу. Слюной захлебнуться можно было. Так пахло в столовой – умиротворением и радостью.

Так пахло в детстве дома, когда мать в воскресенье обязательно баловала семью выпечкой, борщом и картошкой с котлетами. Пахло семьёй.

Володя немного постоял у окна, за которым ничего не происходило, так как окна были плотно задёрнуты занавесками. Втянул ноздрями воздух – макароны с курицей и сыром и прованскими травами, точно-точно, базилик и розмарин. «Perfecto» – подумал Володя и пошёл домой. Дома он лёг на диван и уставился в потолок.

* * *

На следующий день, возвращаясь с работы, он уже было хотел дёрнуть дверь подъезда, как боковым зрением увидел движение на первом этаже.

Это была она. Как заворожённый, Володя так и застыл, держась за дверную ручку.

Женщина в окошке медленно двигалась по кухне, будто плавала или скользила по полу. Худенькая, темноволосая. Туда-сюда. От стола к холодильнику, от холодильника к мойке. Володя засмотрелся. Полный рот слюней уже стал мешать дышать, пришлось сглотнуть.