#ВКвадрате, или Третий – не лишний…

Такой диагноз устроит?

Впрочем, еще она распознала изрядную подверженность влиянию. Но говорить не стала – это «отдельная история». А может, перерастет. Не глупый ведь. Да и какие его годы.

Хотя?… Но только это – другая работа. А он – больше не придет. Не завтра.

А если б он спросил рекомендаций, она б посоветовала… а скорее – пожелала бы ему… сложных задач. С таким-то потенциалом…

* * *

* * Или…

На выходе его довольного и просветлевшего подхватил на машине неожиданно встревоженный Сашка. И рассказал, что случилось буквально только что.

Почему он – вдруг один, и куда им срочно надо к Никитке.

Нечто такое, что они вроде как знали, догадывались, но готовы совершенно не были. А уж как – он-то сам?

Что-то такое, что мгновенно обесценило и обнулило все его, Женины исповеди. Вместе с работой специалистов – мозгоправов.

Нечто действительно важное. Они помчались вслед – чтоб быть рядом.

Теперь никто из них не вздумал бы тревожиться за себя. Теперь их беспокоило кое-что поважнее: состояние друга.

И здоровье еще одного человека. По имени Логинов Кирилл Андреевич.

Как по-новому зазвучало теперь это имя.

* * * Вот и все.

Той же ночью Женя с друзьями сидел на балконе, прям на полу на старом матраце, непривычно растрепанный, неряшливо обмотанный в плед, хоть всё ещё всё такой-же фотогеничный в профиль со своим живописным подбородком, как советское черно-белое фото «в 3 четверти».

и задумчиво смотрел на звездное прозрачное небо.

Думал, как странно жизнь высвечивает одно и то же – по разному.

И как все способно меняться в одночасье. Даже отношение к вроде бы понятному, оборачивая задавая одно и то же по-новому… Как жизнь задает вопросы, подкидывает задачки, а потом – ответы.

– О чем задумался, Златик? – прикурил рядом Назар. Хотя это Жене, наоборот, в пору было задавать этот вопрос – ему.

Прозвище "Злат" появилось у Женьки, когда он лет в 16-17 пошёл участвовать командой с учителями в каком то соревновании, но внезапно стал вместе с тем победителем в личном зачёте.

Опытные друзья, уступившие ему, но и не помышлявшие соревноваться между собой, неуязвимые в самооценках и уже изрядно принявшие мальца в «своиии», восприняли это на ура, без тени задетой гордости. Искренне радовались его медальке, далекие от ревностных дележек, и с гордостью почти родительской пару раз обронили растерянному и смущенному, почти виноватому в своей бесподобности – утешительное "наш Златик".