Биография неизвестного

Стрелка на настенных часах медленно ползла к семи, а рука Федора в белоснежной рубашке продолжала покоиться на черном подлокотнике офисного кресла.

Когда стрелка на часах перевалила за шесть и все стали постепенно собираться домой, а Федор даже не подавал намека на окончание рабочего дня, я решила подождать немного, чтобы уйти вместе с ним. Ко мне подошла Альбина, предварительно улыбнувшись на прощание Федору, и спросила, не собираюсь ли я домой. Я ответила ей, что мне нужно подготовить к следующему дню кое-какие документы, – голос мой прозвучал устало, глаза были полны убедительной печали.

Альбина, предложив подождать меня и получив решительный отказ, уехала, а я без ее бдительного внимания могла познакомиться с Федором.

И вот было уже семь часов вечера, а Федор, казалось, даже не собирался уходить домой. В здании постепенно тушили свет, и только настольные лампы горели яркими белесыми пятнами. Тогда я уставилась в монитор своего компьютера, обдумывая новый план действий, – сидеть до полуночи в офисе мне не хотелось, пусть даже ради возможности познакомиться с симпатичным парнем.

Нужно обратиться к нему за помощью – банальный способ. Но чем он может мне помочь? Со своей работой я успешно справлялась сама, и моя начальница уже не раз хвалила меня за работу, выполненную раньше установленного срока. Бутылки воды с тугой крышкой у меня тоже не было. И компьютер у меня никогда не зависал. Был, правда, один случай, еще в самом начале, когда даже пришлось вызывать программиста – тогда я нажала… А что, если?.

.

С гулко бьющимся сердцем и мраморными ладонями, предварительно припудрив покрасневшее лицо, я поднялась со своего кресла и направилась к столу Федора. Казалось, он не видел ничего вокруг, кроме прямоугольника монитора и листов с цифрами и печатями.

– Извини… – набрав в рот побольше воздуха, выдохнула я. – Ты не поможешь мне?..

Несмотря на то, что я чувствовала себя абсолютно уверенно в глазах молодых людей и никогда не испытывала в их обществе стеснения, в ту минуту, когда Федор обратил ко мне свое лицо, а глаза его встретились с моими, у меня задрожали коленки, и я готова была упасть навзничь.

Глаза у него были темные, как гречишный мед, взгляд – умиротворенным и уверенным.

– Да, конечно, – сказал он самым родным на свете голосом.

Он прошел следом за мной к моему принудительно прекратившему свою работу компьютеру и опустился в предложенное ему кресло. Я подкатила к столу пустое кресло своего соседа и села рядом с Федором.