Не по лжи. Стихи и пародии

Сатрапу сколько лет земных ни дай,

Всё будет мало старцу-горемыке,

Собравшему немыслимый запас

Из золота, дворцов, кровавых денег…

Но, неподкупный, смотрит с неба Глаз,

И ждёт Господь вставанья с четверенек

Тех, для кого он создал этот мир,

Кто, сдавшись добровольно негодяю,

Вновь голодает, обносясь до дыр,

Прельщённый посулённым светлым раем.

Не будет преференций никому,

Кто мыслить не способен по-иному,

Как только всё доверив одному,

Кто гибелью грозит земному дому.

Покатится в могилу хладный труп

Страны, невинно-преданной народом,

Поверившим словам из подлых губ,

Произнесённым нравственным уродом.

«Ветер безумен, бездумен, неряшлив…»

Ветер безумен, бездумен, неряшлив,

Бешено мчит, обрывая листву.

Шумен, гневлив, говорлив и дурашлив,

Словно старик. Повалившись в траву,

Будто ужаленный, возится, скачет,

Стонет… Ведром жестяным громыхнёт

И, перепутав лианы, заплачет,

В трубы печные дохнув, запоёт.

У октября непростые повадки,

Он не страдает от скуки, и впредь

Будет листать золотые тетрадки

Прежде, чем в поле пустом замереть.

Там он свои полномочия сложит,

Место уступит дождям проливным…

Выстудив землю предзимья до дрожи,

Ветер вдогон посмеётся над ним.

Марине П.

Да, я уже стара для плясок и вина,

Раздумье для меня ценнее разговоров.

И, слава Богу, я на свете не одна,

Любовь моя со мной среди чужих просторов.

Здесь нет кисельных рек и пряничных холмов,

Но есть сосновый бор и чистая водица.

Мы сад сажаем здесь, он окружил наш кров

И, как же хорошо под шорох листьев спится!

Но всё вокруг меня какие-то дела

Пытается начать неведомая сила.

От зависти дрожит она, глупа и зла,

Наверное, в дому посуду всю побила.

Ах, нежное дитя, свяжи себе носки,

Свари кому-то щей, не мужу, так соседям,

А то твоя краса поблекнет от тоски

И ты сойдёшь с ума, моею жизнью бредя.

А, может, ты уже свихнулась? Вот беда!

Не знаю, чем помочь, как отогнать построже…

Ты только не грызи зубами провода,

От пластика пойдут прыщи по глупой роже.

Ах, милая моя, я так давно живу,

Что мне ясны твои плебейские потуги.

Давай, пошлю тебе я сладкую халву,

А ты станцуешь мне канкан и буги-вуги?

К стране

Глазами вороватого злодея

Ты смотришь на других, моя страна,

А он, от благ невиданных хмелея,

Смеётся, как рогатый сатана.