Простые числа времён. Стихи, пародии

Ветер рвёт пустоту в вышине с оголтелым азартом,

Становясь всё отчаянней, крепче, прохладней и злей.

Обещали дожди, но они запоздали за далью,

За вершинами гор, что присыпаны прахом веков…

И стучат мне в окно ветви розы с небесной печалью,

И качаются в такт своей собственной песни без слов.

Отойди от меня, идол грешной тщеты и сомненья,

Я уверена в том, что закончится власть пустоты.

Будут розы цвести, в ароматном купаясь томленье

И пленяя меня волшебством неземной красоты.

Не шепчи мне слова о погубленной юности мира,

Не пытай о страстях, что когда-то предсердие жгли…

Исповедуй меня, мой Господь, и дозволь у потира

Мне предстать в чистоте, как подснежник из этой земли!

Я свечой догорю перед ликом Твоим невозбранным.

Пусть забудется боль, зарубцуются раны души…

Я простила врагов и, кочуя путём чужестранным,

Только ветру дозволю мне в сердце огонь ворошить.

«Работаю над словом» я… лопатой…»

«Работаю над словом» я… лопатой,

Сажая «логос» корень – к корешку.

В словах была разборчива когда-то

И радовалась каждому стишку.

Теперь смотрю на мир я издалёка,

Мне нравиться кому-то недосуг.

Моя не всем понятна подоплёка,

Зачем срубила под собою сук

Известности, забросила собранья, —

Мне пишет нынче некий имярек, —

Похоронив изданья и старанья,

Которыми был мой наполнен век.

Пустое всё, скажу я вам без смеха,

Есть смысл простой в сей жизни, он не там,

Где с микрофоном выступленье – веха,

Он здесь, под небом, с потом пополам.

Вы яблоню когда-нибудь сажали?

Она роняла в вашу руку плод?

Тогда меня поймёте вы едва ли,

А впрочем, кто вас, штатских, разберёт.

Вы все теперь писатели, поэты,

А я себя причислю к ним едва ль.

Пообещай мне Боженька полсвета,

Мне с садом расставаться будет жаль.

Пишу стихи не хуже вас, но всё же

Мне ваша слава – блажь и маета.

Я на земле года свои итожу,

И жизнь мою венчает красота.

А что до песен, то они поются

В Москве и дале, – все они живут.

И пусть ко мне с советом не суются

Все те, кого я позабыла тут.

В борьбе за микрофон они ослепли

И потеряли самой жизни суть.

И города, и книги лягут в пепле,

Коль выберут народы мнимый путь.

Сомкнётся время над людской неволей,

Над ханжеством и бредом бытия,

И даст-то Бог, воскреснет в чистом поле

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».