Исчезающие в темноте

Рита сидела на скамейке у стены и нервно ломала пальцы, вырисовывая на грязном разбитом асфальте носком туфли замысловатые узоры, видимые только ей одной. Марк мог бы поклясться, что ни одну из ошибок Леры она не заметила.

Он подошел к ней и без спроса сел рядом. Рита только искоса взглянула на него, но ничего не сказала. Марк тоже молчал, давая ей возможность сформулировать и задать все интересующие ее вопросы.

– И много у вас клиентов? – как он и предполагал, не выдержала она спустя минуту молчания.

– Хватает, – он усмехнулся.

 – Люди падки до всего, чего не понимают. А уж когда ты даешь им возможность пообщаться с умершими родственниками, так тем более.

Рита снова надолго замолчала, но складка между ее бровями выдавала, что она просто думает.

– Не понимаю, – наконец призналась она. – Зачем?

– Что – зачем?

– Зачем людям это? Что такого они хотят услышать от того, кого уже нет?

– По-разному, – Марк пожал плечами. – Не обязательно услышать. Кто-то хочет сам сказать то, что не успел. Таким образом люди успокаивают собственную совесть.

Не говорили при жизни, что любят, ругались, пилили друг друга, а потом – раз! – и все. Поняли, что все это было неважно, что нужно было говорить о любви, а не о невымытой тарелке. Да только поздно уже, некому сказать. Вот и приходят. Умершим, на самом деле, уже все равно, зато живые свою совесть успокоили. А спокойная совесть – залог душевного равновесия. Жаль только, – Марк вздохнул, – что ничему это людей не учит, и с живыми они продолжают ругаться.

Рита заинтересованно посмотрела на него, но прежде, чем она успела что-то спросить, он добавил:

– Но ты права, иногда приходят, чтобы спросить, – он взглянул на нее и лукаво улыбнулся. – Пару месяцев назад к нам приходил парень, чтобы узнать у своей почившей бабули, куда она спрятала фамильное серебро.

Рита удивленно приподняла брови и кончики ее губ дрогнули, готовые расплыться в ответной улыбке.

– И что? Она сказала?

Марк выразительно закатил глаза.

– Слышала бы ты, какими словами и куда она посылала своего любимого внучка.

Я даже порадовался, что решил общаться с ней сам, а не письменно. Внуку передавал уже только тщательно откорректированные послания.

Рита рассмеялась, а Марк едва заметно выдохнул. Кажется, ему удалось завоевать ее расположение. Не потерять бы его теперь, слишком сильно она ему нужна. Без нее он точно сойдет с ума в ближайшее время, а то, о чем он собирается ее попросить, просто так чужому человеку не предложишь.