Игра с огнем

Пап, а она сама умерла или ее убили? Убийство ритуальное, да? Ты поэтому про мистику спросил?

– Яна!

В глубине души Максим не мог отрицать, что из дочери действительно мог бы получиться следователь. Наверняка лучше, чем был он. Она умела подмечать детали и делать правильные выводы. Причем быстро.

– Ну, пап, ну, скажи! И я отстану.

– Мы не знаем, – сдался Максим. – Ран на теле нет, но и на самоубийство это не очень-то похоже. И кое-какие следы ритуала действительно есть.

– Ритуалы обычно сопровождаются реками крови, – задумчиво протянула его неугомонная дочь.

– Яна, ты обещала, – напомнил Максим, твердо пообещав и себе, что больше не скажет ей ни слова. – Я тут немного помогаю, поэтому вернусь, наверное, поздно. Не засиживайся долго, ложись спать. Ты уроки сделала?

– О-о-о, начинается! Пока, пап!

Яна сбросила звонок, чем заставила Максима улыбнуться. Несмотря на сложности в характере из-за плохой наследственности и переходного возраста, училась Яна хорошо, поэтому он редко действительно проверял ее домашние задания, но вопрос задавал всегда, что неизменно вызывало ее смешки.

Он обернулся к дому, заметив на пороге теперь уже не только патологоанатома, но и Диму. Последний махнул ему рукой.

– Сейчас доверенное лицо Подгородцева привезет запасные ключи от «Лексуса», проведем осмотр, – сообщил Дима. – Так что далеко не уходи.

Максим кивнул. Он никуда уходить и не собирался. Со смертью Соболевой не ему разбираться, а вот Ингу искать – как раз ему.

Глава 5

Уроки Яна действительно давно сделала и даже поужинала, но вот ложиться спать не собиралась. После школы Алиса твердо заявила, что пойдет с Ваней ночью на пожарище. Еще пара одноклассников тоже вызвались проверить слова Артура Михайлова, и Яне ничего не оставалось, кроме как согласиться, несмотря на то, что она признавала правоту слов Елизаветы Николаевны, или Лизки, как ее называли ученики за глаза. Учительницу английского они любили и уважали, но так уж сложилось, что всем преподавателям давали клички.

Да и пока выговоришь – Елизавета Николаевна – язык сломать можно. А в Лизке было даже что-то милое, хоть все в школе знали, что она терпеть не может имя Лиза. И тем не менее уважение друзей было для Яны важнее, чем мнение учительницы. Особенно Алисино.

Когда Яна переехала в Лесной, ей было уже десять. В классе все дети давно знали и друг друга, и семьи друг друга, а Яна оказалась новичком.