Казаки-разбойники

Определенный смысл в словах Леры был. Девушка действительно могла испугаться того, что разозленный водитель заставит ее оплачивать ремонт машины или, того хуже, на эмоциях и ударить может, и предусмотрительно сбежала. Некрасиво, конечно, поступила, особенно не убедившись, что люди в машине остались живы, не предложив помочь или хотя бы вызвать спасателей, но вполне объяснимо.

– Что ж, – Леша затянулся, выпустил в пахнущий росой и ранним утром воздух сизую струйку, – в таком случае остается только порадоваться за девицу: жива осталась.

Думаю, вам придется отправляться к Яне другим способом, а я останусь ждать эвакуатор и оформлять ДТП.

– Я вызову такси, – вздохнул Никита, вытаскивая из кармана телефон.

* * *

Спустя десять минут после звонка Никите Яна могла себе признаться, что присутствие в ее доме Кремнева-старшего как нельзя кстати. Если бы не он, она бы, возможно, выскочила из дома и не рискнула заходить в него до тех пор, пока не приедет следственная группа. А то и вовсе могла бы разрыдаться.

Некрасиво, конечно, и чести ей не делает, но, когда ты находишь у себя дома настоящую человеческую руку, какое тебе дело до чести?

Присутствие Андрея Владимировича сдерживало ее, и даже легче было напоминать себе, что вообще-то через несколько лет Яна собирается стать следователем. И пусть не все следователи обладают хладнокровием и выдержкой, Лера как-то по секрету говорила ей, что половина знакомых ей следаков всегда на место преступления первой запускает ее, а то и вовсе заходит только тогда, когда труп уже увезут, но Яна-то совершенно точно не собиралась примыкать к этой половине!

Кремнев не требовал, чтобы Яна развлекала его беседой, и, похоже, совсем забыл, зачем вообще они сюда приехали.

По крайней мере, не просил показать или отдать ему украшения. Просто молча вышел на террасу, уселся на скамейку в тени раскидистого куста сирени и уставился в одну точку. Яна тоже вышла на улицу, не в силах оставаться в доме, но спустилась с террасы вниз, присела на краешек одного из двух шезлонгов. Небо уже начало светлеть, воздух наполнился одуряющим ароматом Элизиных роз, и этот запах и тишина, робко прерываемая пением просыпающихся птиц, успокаивали ее.

Прошло не меньше часа, прежде чем вдали послышался звук автомобиля. Папа и Элиза купили дом в небольшой деревне, но на самом ее краю, практически на хуторе. До ближайшего дома было около трехсот метров, заросших деревьями, поэтому Яна не могла ошибиться: ехали к ней.