Кошки-мышки

Лера выглянула из-за его плеча и обомлела: на запотевшем зеркале чьим-то пальцем были выведены две цифры: «2» и «1». 21.

– Это не я, – пискнула она.

Никита, казалось, и так понимал, что это не она. Опустил взгляд вниз, разглядывая теперь пол. И лужа, и следы невидимого существа еще не высохли до конца, но Лера была уверена, что он их раньше почувствовал, чем увидел. Никита присел на корточки, протянул руку и коснулся капель воды на плитке.

– Это не барабашка, – сказал он.

Улыбнулся уголком губ и взглянул на Леру, но она была слишком напряжена, чтобы ответить тем же.

– А кто? – глупо спросила она.

– Женщина.

– Женщина?

– Призрак женщины. Или ментальный след. Как угодно можно называть.

– И что ей надо?

Никита задумался, снова прислушиваясь. То ли к ощущениям, то ли к голосу невидимой женщины. Они никогда прямо не обсуждали его способности, и Лера не знала, может ли он слышать голоса призраков.

– Не знаю, – наконец сказал он. – Не могу понять. Но она очень хочет спать.

– Чего-о?

– Спать, – повторил Никита, выпрямляясь. – Она очень хочет спать. Это чувство так сильно, что я не могу разобрать ничего другого.

– Ей что, моя постель нужна? – не поняла Лера, чем снова заставила его улыбнуться.

– Нет, едва ли. Я не знаю, кто она и почему пришла к тебе. Может быть, просто заблудшая душа. Так иногда бывает, я не знаю почему.

– Но она уйдет? – уточнила Лера.

– Думаю, да. По крайней мере, она точно не хочет тебя обидеть, я не чувствую агрессии.

– А что значит это «21»?

– А вот тут я совсем без понятия, – развел руками Никита. – Возможно, это число что-то значило для нее при жизни. Призраки порой сохраняют память о чем-то очень важном. Если ты боишься, я могу предложить тебе переночевать у меня. Даша уехала с друзьями кататься на лыжах, постелю тебе в ее комнате.

– Я ненавижу спать в чужой постели, – Лера наконец улыбнулась.

– Тогда могу лечь у тебя. Мне все равно, где спать. Твой диван тоже подойдет.

– Кремнёв, это крайне благородно, но по-настоящему легче мне станет, только если ты ляжешь в мою кровать и всю ночь будешь держать меня за руку, – призналась Лера. – А разницы, дойти до дивана или твоей двери в случае чего, нет ровно никакой.

– Ну что ж, стучи, если понадоблюсь.

Ему даже в голову не пришло, что насчет кровати она не шутила. Не то чтобы Лера действительно не шутила, но он мог хотя бы рассмотреть такой вариант.