Запертые во тьме

Приглашение пришло в понедельник утром, Анна вызвала всех на экстренное совещание, а Войтех собрал группу, и в тот же день сотрудники Института тронулись в путь. До точки назначения оставалось около ста километров, солнце еще и не думало приближаться к горизонту, но Ваня чувствовал, что глаза начинают слипаться. Чтобы не уснуть и не разбить нечаянно грузовик, который он нежно обожал, Ваня бросил взгляд на Войтеха и спросил:

– И все-таки я не понял, с чего вдруг мне обвалилось такое счастье стать главным в этом деле, если ты едешь с нами? Тем более ты бывший военный.

Со своими общий язык нашел бы.

Войтех посмотрел на него совершенно невозмутимым взглядом.

– Я иностранец. Поэтому в данном случае тот факт, что я бывший военный, играет скорее против меня. Саша и Айя – девушки, а ваша страна все еще слишком патриархальна, чтобы их можно было выдвигать на передовую там, где придется часто общаться с военными. Тем более про Айю ты и так наверняка все знаешь. Не верю, что до сих пор не погуглил.

Ваня лишь многозначительно хмыкнул. Конечно, погуглил! Давным-давно причем. И про поддельный паспорт, и про проблемы с законом знает.

– Женя вообще у нас не работает, – продолжил Войтех. – Ты, конечно, тоже сомнительная личность: в армии не служил, за языком не следишь, по ночам совершаешь киберпреступления, но Володя – идеальный кандидат на эту должность – уехал на другое расследование, поэтому выбора не осталось.

Ваня собрался было обидеться, но передумал.

– А Женьку зачем взял, если он у нас не работает?

По губам Войтеха скользнула едва заметная улыбка.

– Потому что в последнее время в расследованиях участвует куча людей, которые у нас не работают. Ольга часто ездит с Дементьевым, Нев Егора под крыло взял, Карина вот теперь присоединилась. Так что Женя хуже не сделает. Тем более он раньше с нами ездил.

Войтех умолчал о том, что Женя бомбардировал его звонками с просьбой взять куда-нибудь уже почти месяц. Ему вообще не хотелось сейчас разговаривать: вот уже несколько минут его не покидало странное ощущение тревоги, охватившее внезапно и на первый взгляд не имеющее под собой никаких оснований.

Дорога была ровная, вокруг простирался тот же пейзаж, что и много километров до этого. Но Войтех давно запомнил, что все его ощущения всегда что-то значат, поэтому предпочел бы сейчас прислушаться к ним, а не к болтовне Ивана.

Ване возразить было нечего, и он снова обратил все внимание на дорогу.