Когда листья желтеют

Вместе с тоской по-прошлому, у нее стало зарождаться восприятие бесперспективности будущего, появляться мысли о своей виновности в создавшемся положении и… страх одиночества.

20 лет назад

Это был юбилей их свадьбы, стоял такой же морозный день, как тогда пять лет назад. После ночного снегопада деревья были, как в бахроме. Рябина под окном выглядела словно дама, надевшая белую шапку с красными перышками. Снегири на деревьях, шумели, как дети, играющие в снежки, и под эту «музыку» снежинки кружились, словно в задорном танце.

Анна посмотрела в окно. Все казалось таким сказочным и в ожидании какого-то чуда.

Неожиданный телефонный звонок оторвал ее от приятных мыслей.

– Анька, прикинь, я буду проездом в городе, всего 6 часов, но все-таки, – Михаил задыхался от радости, – через пару часов я буду дома.

Анна обрадовалась, это был их день, и они смогут провести его вместе, пускай даже 6 часов. Она позвонила родителям в тайной надежде, что они смогут забрать детей после того, как они встретятся с отцом.

Отказ матери не удивил ее, все было, как всегда. Понятно, что Михаил едет к семье, но сегодня такой день, и она ожидала, что мать по-женски поймет ее.

Дети радостно крутились вокруг отца, он привез им какие-то игрушки, и они наперебой расхваливали каждый свою.

Семейную идиллию прервал звонок в дверь, Анна подумала это дед с бабкой все же решили забрать внуков, но какого было ее удивление, когда она, открыв дверь увидела одного из приятелей Михаила с женой.

Нет, это был не удивление, это была злость и гнев…на мужа. «Как он мог пригласить гостей, если он приехал к семье всего на несколько часов», – она с трудом подавляла свою ярость.

Гости и Михаил выпивали и закусывали, весело и беззаботно болтали, смеялись и, кажется, никто из них не замечал в каком состоянии была Анна, никто не замечал ее опущенных и сведенных бровей, напряженных век, плотно сжатых губ.

Она намекнула мужу, что приближается время его отъезда.

И вдруг он, уже изрядно принявший на грудь, зло посмотрел на нее. Движение крыльев его носа участилось, верхняя губа приподнялась, он схватил край стола и опрокинул его со всем содержимым. Раздался треск ломающегося дерева, звон разбитого стекла и по ушам ударил мужской крик:

– Я сам знаю, что мне делать, ты только и думаешь, как меня выпроводить.

Анна поспешила отправить детей в комнату подальше, чтобы они не могли видеть и слышать происходящего.