Когда листья желтеют

Но была в ней какая-то таинственная искра, изюминка, притяжение, которые не объяснить словами, не пощупать, не взвесить, можно лишь почувствовать.

– А я решила развестись, – глубоко вздохнув, медленно, разделяя каждое слово, произнесла женщина.

Жанна, отбросив пилочку, подскочила с кресла, лицо Бориса снова стало серьезным, а старый доцент Изабелла Юрьевна, приоткрыв рот, рукой стала сдвигать очки к кончику носа, делая и без того большие глаза, огромными.

– Да, возможно, ты права Жан, кризис возраста или кризис отношений.

– Так живет большая часть планеты, – пыталась найти оправдание ситуации Жанна, – куда денешься с подводной лодки?

– Вы шо с мозгами поссорились, ляля моя? – была первая реакция Изабеллы Юрьевны. Это был нормальный для нее говор в неформальной обстановке. На вопрос сколько она знает языков, она всегда уверенно отвечала: «Три: французский, язык аборигенов и одесский», – конечно, таки так жить нельзя, человек рождается шобы быть счастливым, – продолжала разумно рассуждать бывшая замужем третий раз пожилая женщина, – ну шоб вот так?!

– Это решение не вчерашнего дня, Изабелла Юрьевна, и это не вот так, с бухты-барахты, – пояснила Анна.

– Ну если вас настигло еврейской счастье, тогда разводитесь, – махнула рукой доцент, – ловите ушами мои слова, как-никак у меня опыт: кардинально меняйте свою жизнь, не бойтесь, – дала она свое благословение.

– Остаться одной и жить от зарплаты до зарплаты? Это вы советуете? – возмутилась Жанна

– Но жить по инерции, это тоже не дело, – вставил Борис, – многие ничего не меняют, потому что бояться перемен, да потом, извините, кишка тонка, изменить что-то.

– А у тебя кишка не тонка, скромный ты наш. И вообще, у тебя другое дело, ты вдовец. Мужчинам всегда легче в таких ситуациях, они ничего не теряют, – злилась Жанна, – а Аньке надо будет все делить с мужем и еще не известно, как дети все это воспримут.

– Так или иначе, я сообщила Михаилу о своем решении, – глядя на часы, подвела черту Анна.

И коллеги молча стали собираться на свои лекции.

Когда на кафедре остались лишь Анна и Жанна, лаборант попыталась начать разговор снова:

– Слушай, подруга, я конечно все понимаю, все имеет научное обоснование: физическое, химическое, психологическое.