Дневник одиноко-женатого мужчины

21 Сентября

Был с сестрой на детской площадке в городском парке, увидели отца с его новой семьей: молодой женой с большим животом и девчонкой лет двух-трех (наверное, дочка тетки). Машка крикнула папе, тот глянул и отвернулся, сестра хотела побежать к нему, но я не пустил, сказал, что она обозналась, мол наш папа выше и волосы у него темнее. Машка она мелкая, ничего не понимает. А я?! А я его ненавижу. Живет сейчас как будто у него и нет другой семьи, за которую он должен нести ответственность.

Клянусь, клянусь всеми святыми, когда у меня будут дети, чтобы не случилось, они никогда не узнают, что такое жить без отца.

Оставив мешки с продуктами в отделе доставки, Аркадий Петрович, проклиная жену за забранную машину, поплелся на остановку автобуса, попутно звоня дочери. Ее мобильный не отвечал. Он долго теребил в руках телефон и затем, словно решившись на что-то, сделал еще один звонок.

– Здравствуйте. Я бы хотел поговорить с Екатериной Аркадьевной. Это ее отец.

– Г-жа Воронцова сейчас занята, у нее брифинг.

Я передам, что вы звонили, – четко чеканенные слова, словно железные монетки, выскакивали изо рта секретарши.

И все. Ничего личного. И опять тишина. Тягучая, даже какая-то предупредительно-угнетающая. Аркадий Петрович неприятно передернул плечами.

Сидя в автобусе, он поймал себя на мысли, что не хочет ехать к матери. Вернее, не хочет ехать в ту квартиру, где все тот же диван, все та же мебель, лампы, кухонная посуда, что и много лет назад. Сколько он предлагал матери все это сменить, но она, держась за какие-то воспоминания, постоянно отнекивалась.

Мать так и осталась жить одна. Аркадий даже не помнит, чтобы у нее были какие-то другие мужчины. Возможно были, но ни он, ни Мария ничего не знали об этом.

Чтобы не думать о плохом, он достал из глубокого кармана пальто согнутую тетрадь.

Тетрадь 1. (1982–1984).

15 Октября

Не хочу находиться дома. И даже не из-за психозов матери, а из-за себя самого, чтоб не наговорить ничего лишнего. Уже несколько раз наорал на мать, послал Машку.

Как-то с чужими людьми я держусь (вернее, если потеряю самоконтроль, то стопудово получу «нанделей».) Да и на ком срываться?! Рубить сук, на котором хорошо сидишь?! Я же не полный маразматик. Да потом, в компании я забываю про этого урода и то, что он с нами сделал.

Завтра идем с “Гутой” в «Зеленку». Позвали Лекса, он отказался, сославшись на встречу. (Интересно с кем это? Скрытный он, никогда про себя ничего не рассказывает).