Дневник одиноко-женатого мужчины

"Мартышка", нехотя забрала свой портфель, освобождая стул для меня.

Тетрадь 1. (1982–1984).

7 Сентября

Класс дружный. Не делится на группки как в моей старой школе. Ну, только если на девчонок и пацанов. Лексус как-то сразу пришелся ко двору (впрочем, это было предсказуемо). Он дня два молча приглядывался к народу, словно изучая каждого, ни к кому не лез, не старался произвести впечатление. Но, у него всё как-то выходит само собой: кого-то угостил сигареткой, кому-то дал списать "матёму" (а в ней он оказался просто асс), с кем-то обсудил футбольный матч.

Короче, через неделю никто бы даже не сказал, что он новенький. Как бы так научиться как он! Меня он не бросил, а даже наоборот, наши дружба стала крепче.

У "Мартышки" оказалось странное имя Дарина Черемша. Она веселая, со всеми в хороших, но очень уж деловых отношениях. Она меня сразу взяла к «себе под крыло", рассказывая про каждого учителя, про каждого одноклассника, с комментариями о социальном статусе и что от кого ожидать.

Как я понял, она душа компании и частенько приглашает всех к себе на большую дачу.

Получил письмо от Таньки. "Шмара"! Еще и пишет!

Тетрадь 1. (1982–1984).

14 Сентября

На выходных ездили к "Мартышке" на дачу. Нууу! Генеральские хоромы! Впрочем, "батон" ее действительно оказался адмиралом. Было интересно, как прибухивая, народ раскрывает своё нутро?

Игорь Гутылевский, (он же «Гута», тот самый с "пьяными глазами") нажрался, и я подумал, что его глаза, наверное, вообще не трезвеют, постоянно находясь в кондиции.

Он всё время подбивал пацанов вернуться в город, говоря, что самое время в "Зеленку".

«Колхозник» Джон (у него и имя оказалось рабоче-крестьянское Иван, только все его называли на английский манер) использовал свою недюжинную силу, оттаскивая пьяные "тела" на огромную кровать на втором этаже.

Лексус не пил вообще. Он сидел с Даринкой в углу и, закинув нога на ногу, о чем-то оживленно беседовал с ней.

Я с "Бананом" (фамилия у него Абанов, прикольно кто-то кликуху придумал) играл в карты и потягивал «Три топора» .

 Бросая взгляд на кореша и свою соседку по парте, меня почему-то обуяла ревность. Она меня так опекала всю неделю, а сейчас даже взгляд не кинет. Тогда как в школке она, практически не замечая Лексуса, сейчас трещит с ним.

А потом произошло то, о чем я даже и не думал. Две девицы, явно на хорошем веселе, подвалили ко мне и «Банану», и пригласили нас на танец.