Без волшебства

– А какие у тебя способности? – заинтересовалась я. Раньше я ни у кого не спрашивала о способностях, боялась, что в ответ спросят и меня, а мне нечем было похвалиться, но теперь я, вроде как, умела растворяться в воздухе и исчезать, поэтому я и отважилась спросить.

Малена хмыкнула, взмахнула рукой и… ничего не произошло.

– Всё-таки под блоком, – сокрушённо вздохнула она.

– Но скажи всё равно, что ты умеешь, мне интересно, – настаивала я.

– Ну… мне все мои способности пока что неизвестны, их выявит тест на следующей неделе, но некоторые уже проявили себя.

Я умею рассеивать тьму взмахом руки. Если бы у меня получилось, то сейчас стало бы светло.

– Здорово! – сказала я.

– У нас вся семья так умеет, – засмеялась Малена. – И ещё сотни магов делают тоже самое, я хотела бы, чтобы у меня выявилась какая-то способность высшей категории, у меня тщеславие, я не хочу оставаться в третьяках.

– А у тебя, Анастасия, что проявилось?

– Я вижу в темноте, – просто сказала Настя. – Мне не нужно превращать ночь в день.

Мне и так хорошо. Но сейчас я вижу также плохо, как вы. Действует блок.

– Видишь в темноте… а совой ты обращаешься? Просто моя мама умеет видеть и говорит, что эти две способности связаны.

– Конечно, умею. Но не всегда получается сразу. Для это мы и здесь, чтобы развивать и открывать новое. Но я без особых амбиций, не как Малена. Меня и третья вполне устроит. Родителей у меня не было. Меня тётка воспитывала, она тоже была магом третьей категории. Хорошая была тётя, только умерла рано.

У нас в семье почему-то никто долго не живёт. Может, проклятие какое?

– А ты? – спросила Алла, чтобы, как мне показалось, отвлечь Настю от дурных мыслей. – Что можешь ты?

Я испугалась, что она сейчас скажет: «с такой-то матерью», но она не сказала.

– Ну… я умею растворяться в воздухе и исчезать.

Малена ахнула:

– Ну ничего себе! Вот и мне бы так научиться… Первоклассная способность… У тебя родители кто? Вторые? Претендуют на первую?

– Вторые, – слукавила я. – Никуда не претендуют.

Алла промолчала и на этот раз. Лица её я в темноте не видела, но за молчание была благодарна.

За разговорами мы подошли к станции. Вроде, это была она. Двери, естественно, были заперты, наверху стояли какие-то аппараты.

– Теперь-то можно возвращаться? – сказала я. – Мы дошли до станции. Есть, чем похвастаться. Лишь бы теперь обратно в общежитие попасть, без приключений.

– Нет! – сказала Алла. – Мы должны попасть внутрь, раз уж пришли.