Искры Земли

А впереди ждала цепочка изнурительных дней, ночей, непосильного труда и мрака, среди которого вскоре оборвётся моя жизнь.

– Пошевеливайся! – заметив моё замешательство, выкрикнул второй.

Он быстрыми шагами приблизился ко мне, грубо схватив за руку. Я не сопротивлялась, когда он стал толкать меня к выходу. Лишь возле двери я быстро оглянулась. Мне в последний раз хотелось увидеть лицо Мэйра. Нет, я не винила его за этот поступок. Разве я могла? Он спас меня. Вылечил. Дал короткую возможность свободно дышать.

И если бы не Мефт, возможно, мы бы остались друзьями ещё чуть-чуть. Но всё должно было закончиться рано или поздно. Это факт.

На застывшем лице сверта не читались эмоции. И только глаза… Их тоску мне не забыть никогда. Они словно умоляли простить и не держать зла.

– Прощай – тихо вымолвила я, без тени обиды или осуждения – И спасибо за всё.

Меня толкнули вперёд с такой силой, что я чуть не упала. Дверь за моей спиной закрылась, навсегда отобрав единственное существо этой расы, кто был ко мне действительно добр.

Я этого не забуду.

Меня повели по длинному, запутанному коридору. Какая-то странная апатия охватила тело и разум. Перед глазами проносились картины детства – поле, усыпанное ромашками и колосками, журчащий вдали ручей, яркое солнце, багровый закат. Всё это впилось в затуманенное сознание, закрывая собой тьму, к которой меня вели.

Вскоре мы стали спускаться вниз, к сердцу планеты. Жар, которым дышали недра, обволакивал и проступал на теле каплями пота.

Было невероятно душно. Спёртый воздух сжимал грудь, не давая сделать полноценный вдох. Мы спускались в ад.

Здесь, в невероятно раскалённой природной печи, я видела только одно – родное, ярко-голубое небо. Сейчас оно звало меня, обещая покой и безмятежность – то, к чему так долго стремилась душа.

Как часто мы смотрим на небо? Признаюсь, я смотрела редко. Постоянная суета в прошлой жизни не давала возможности оторвать взгляд от грешной земли. Были редки те мгновения, когда я поднимала к небу глаза, рассматривая белые, пушистые облака или яркие, далёкие звёзды.

Я не была романтичной. Нет, была, только очень давно – в детстве и беззаботной юности. Но жизнь жестоко сорвала розовые очки, когда мне было семнадцать. Мой любимый человек предал меня. Его звали Генри. Наверное, с тех самых пор я перестала смотреть на небо. Оно мне стало ненавистным. Пустым. Равнодушным. Оно никогда не отвечало на мои отчаянные мольбы, словно насмехаясь над проблемами.