Оборотни. Мир Сумерек

Если не сможем убить, возьмём измором ущербных. Я с пополнением скоро прибуду. Надо прикончить мразь, чтоб другим неповадно было. Дабы избежать дальнейшего кровопролития, один раз придётся хлебнуть кровушки. Ох, придётся! А теперь, в путь! Не мешкая ни минуты. Провизию вам соберут на замковой кухне, в конюшне получите свежих лошадей. Выполняйте!

Камышовый Кот и Белый Тигр удалились.

Замок пришёл в движение: по коридорам носились призраки-слуги с факелами в руках; во дворе слышался звон конской сбруи, голоса вооружённых воинов; над остроконечными крышами Пламенеющей твердыни кружились стаи крылатых тварей.

Клан Летучих Мышей, потеряв в древние времена шанс на корону, стал незаменим в качестве ночных стражей и шпионов. Пока что они не давали повода усомниться в их верности князю из клана Диких Кошек.

Пантера столкнулась со Львом в одном из замковых коридоров. Он шёл в боевой броне, алый плащ трепетал за его плечами, огромный меч висел у бедра.

– Что-то случилось? – остановила его Пантера.

– Ты была права, Киса. Твои данные подтвердились. Бунтовщики забились в норы пещер у Мерцающего моря. Дела плохи, трудно до них добраться. Я сам еду к войскам.

– Значит, мы вновь нарушаем Договор, – сказала Пантера. – Лев, это опасно! Ты не думаешь, что лунные в конце концов, очнуться от спячки и ввяжутся в нашу войну?

– Нет, не думаю. Они слишком привыкли к роли наблюдателей. Даже тогда, 20 лет назад они не смогли вовремя отреагировать на события. Помнишь, лунные включились в главное сражение за столицу людей, уже под занавес войны? Правда, мы тогда понесли тяжёлые потери и погибли твои родители.

Но изменить ситуацию лунные не смогли. Мы, оборотни, одержали победу! Ах, прости! Говорю: помнишь, но ведь ты в ту пору только родилась! Так что, Киса, опасаться нам нечего. Пока. Я еду.

– Я с тобой! – с горячностью сказала Пантера. – Я тоже ненавижу ущербных.

Лев нежно поцеловал прядку на виске девушки и быстрым шагом удалился. А его юная племянница смотрела вослед, тронутая невольно выказанным чувством могучего князя.

Капля жалости к Государю оборотней коснулась её мимолётной влагой и исчезла, не успев впитаться в сухую почву души. Она давно догадывалась о той страсти, что снедала князя уж столько лет. Но она взирала на неё лишь с сожаленьем и тайным торжеством.

V

Мерцающее море несмело освещало путь горстке несчастных беглецов. Бой, что со страшной силой разгорелся средь прибрежных скал, остался позади.