Оборотни. Мир Сумерек

 – решил князь.

По его приказу в комнате появился невесомый и неслышный призрак-слуга и водрузил бронзовую статуэтку на стол. Подарок Льва, привезённый из другой реальности, давно превратился в постоянного спутника юной воительницы.

– Вот, смотри, – Пантера провела рукой по глазам птицы. Из них заструился свет, он излился в центр комнаты, принял очертания объёмного шара и в нём возник недавний эпизод на Мерцающем море. Опять Пантера в сопровождении воинов спешила на битву и Кэа кружил над головой подозрительного белобрысого парня.

Когда тот плюхнулся в воду, Пантера, как и в прошлый раз, не могла сдержать смешок. Запись закончилась. Девушка вновь провела ладонью по глазам птицы, и светящийся шар исчез.

Лев о чём-то глубоко задумался.

– Что ты намерен делать? – вмешалась в ход его мыслей Пантера. – Отпустим парня гулять? Ведь ты сам мне рассказывал, как среди людей была раскинута шпионская сеть оборотней, с которой ловко управлялась моя бабка – твоя мать? Вдруг этот тип и есть свой, засланный?

– Нет, вряд ли, – сказал Лев, – шпионская сеть давно развалилась.

Многие погибли, часть лишилась своих способностей. Мы потеряли связь с теми, что остались, а таких, я уверен, единицы. Так что твой таинственный блондин подлежит уничтожению. Он человеческий выродок – это видно по его тупой физиономии. Его нельзя упускать из виду, – добавил он. – Прикажи лучшим из лучших… – замер на миг, размышляя, – Барсу и Пуме идти по следу. Можешь подключить Орла. Старик ещё лет 300 будет резвей всех молодых, да и сама будь в курсе. Я должен знать всё. Не откладывай с приказом, – сказал Лев и ободряюще улыбнулся Пантере.

Она поняла: гроза миновала, со шпионом будет покончено, а впереди её ждёт триумф!

VII

Тонкая зыбь покрыла волны морские. Посветлел горизонт, нежные облака, розовопузые барашки с золотым руном, расползались по небесному пастбищу. Рэн замер в своей лодчонке, встречая дневную звезду, что огненным шаром восходила из глуби морской, и волны отливали золотом и глубокой зеленью.

Он уже третий день в пути. Пока есть ещё провизия и пресная вода, а в душу потихоньку заползает едкий страх: куда идти? Где искать? Уходя из пещер у Мерцающего моря, Рэн унёс частичку собственного детства. Та песенка, которую он любил напевать в юном и безусом возрасте, осталась единственной путеводной ниточкой.