Другие небеса

Регина, наблюдала за этой сценой, не вмешиваясь. Она понимала отчаяние подруги, но в вопросах бизнеса и денег ничем не могла ей помочь.

– Алиса, прошу тебя, успокойся. Если ты в таком состоянии будешь разговаривать с потенциальным покупателем твоей компании, поверь, он у тебя ее купит за бесценок, обязательно воспользуется ситуацией. У тебя должно хватить благоразумия. Я думаю, сам Валерка не обрадуется, если ты за так все отдашь. На что Вы потом жить будете. Ведь придется все с нуля начинать.

– Мне уже неважно, главное вытащить его оттуда. Будем живы, добро наживем.

Но слова Регины все же, на нее возымели действие, и когда она набирала нужный ей номер, была абсолютно спокойна, даже немного заторможена. Но на ее беду человека, который ей был нужен, не было на месте. Он, как сказал его помощник, находится на другом конце света, путешествует по Новой Зеландии, где сейчас в разгаре весна, дома будет не раньше конца месяца.

– Иначе и быть не могло, – бормотала Алиса.

– А что если попросить денег у Агаларова, под залог моей компании? Деньги у него есть и нужная сумма наверняка для него пустяк.

Но после вчерашних слов Регины что-то останавливало ее просить денег у этого человека. Она чувствовала, что в том, что сказала подруга, есть правда. Она мужской интерес Агаларова чувствовала кожей. Вспомнила его взгляды, как будто прилипающие к телу, и как он вчера, утешая ее, крепко прижимался к ней.

– Господи о чем я думаю, – одернула она сама себя,– Да если за освобождение Валеры нужно заплатить своим телом, то, не задумываясь, пойду на это.

Так в размышлениях и метаниях прошло несколько часов. За это время она несколько раз набирала номер Агаларова, но трубку не брали.

***

Валерий второй день не выходил из гостиничного номера. Он специально выбрал самый захудалый отель, вдали от оживленных дорог, там его вряд ли кто-то будет искать. Еду он заказывал в номер. Делать было совершенно нечего. Он пил коньяк, смотрел телевизор и спал тяжелым, мутным сном.

Болела голова, все раздражало, он перебирал кнопки на пульте телевизора, но более пятнадцати минут не мог оставаться ни на одном канале. Все казалось безнадежно пошлым, глупым и неинтересным. Его одолевали тревога и непонятная тоска.

Он уже почти жалел, что все это затеял. А вдруг его кто-то видел, когда он загружал труп в багажник, или возле карьера водитель грузовика успел запомнить его номер.