Черти-Ангелы Натальи Викторовны

Видимо, Кагальник смывал с души всё ненужное, плохое, и уносил с собой, куда-то в даль, в Азовское море.

Всё я успела, подружки помогли. Гуртом и батьку легче бить, смеялся отец. А мы спешили, почти не болтали. Зато в семь, как штыки, заняли наблюдательный пункт в ожидании. Радовались, как буйно у двора Оксанки разрослись «жёлтые шары» и жимолость: можно же запросто в них спрятаться (как бы ягод пособирать, или мы тут в прятки играем, а вы что подумали) и рассмотреть всех мальчишек подробно. Поближе. Мне так вообще любопытно – я их с весны толком ещё не видела.

«Я тебе пообещаю этот рай», – мелькнула в голове сегодняшняя строчка, когда услышала приближающиеся звуки мопедов. Сердце больно стукнуло в ответ.

«4 августа.

Ой, блин! Сегодня Илья в воду пописал, поэтому нас не пустили купаться на речку. Предрассудки какие-то! Зато, Дневничок, появилось время, чтобы поздоровкаться с тобой. Привет тебе, привет!

Столько всего произошло, что не знаю с чего и начать, чесслово! Я как тот человек, что набрал полный рот воды: ткнёшь пальцем – и брызги полетят на всю Ивановскую, только из меня – буквы и слова! А теперь закройте уши, как говорится, потому что всё остальное… секрет! Мы не виделись кое с кем три дня.

Целых три дня! Это так много! Даже боюсь думать о том, что скоро уезжать в Ростов»,  – я, конечно, пыталась выбросить  мысли о разлуки из головы, ведь до отъезда оставалось три недели с хвостиком, но напрасный труд.

И какое тебе до этого дело, правда же? Не переживаешь, что мы теряем время, когда каждый миг на счету.

Возможно, твоё сердце не колотится так громко, как моё, будто стучат сотни шахтёрских касок об асфальт в дни забастовок. И не бледнеешь каждый раз в страхе, что все, все, вокруг услышат стук и будут усмехаться. Но тогда зачем приезжал семь дней подряд? Зачем улыбался? Где ты вообще взялся на мою голову?

«Начать, пожалуй, нужно с тех злополучных кустов. Понадобилось, блин, мне разглядеть поближе кумира молодёжи. Не, Дневник, ну все девчонки по нему сохнут, и мне ж надо.

Конечно, мы с Оксанкой влезли в эту чёртову жимолость, толкались как килька в банке. Она чуть ли не визжала мне в ухо «вон он, вон, смотри» – щекотно, жарко. А самое обидное, что пацаны-то все – к нам спиной, и только один лицом…».

Подруга тыкала пальцем в чью-то рубашку, я ухмыльнулась:

– Действительно, красавец. Особенно – спина. Какие лопатки! И живописная клетка. А заднее колесо – глаз не оторвать.

Оксана прыснула в кулак.