Черти-Ангелы Натальи Викторовны

А ты боишься каких-то придуманных страхов. Ещё ничего не знаешь, ещё ничего не произошло, а уже накрутила!

Я слушала и молчала. Переваривала. Решиться на трудный, смелый для меня, поступок? Я же трус. Ах, насколько проще сидеть и страдать, а сделать первый шаг так страшно! И куда ж без этого: что он обо мне подумает? Что другие скажут?

– Знаешь, чего ты боишься? – Алина препарирует меня, пока тёпленькая, – Ты боишься взаимности, вот чего! Боишься быть счастливой, Наташка! Ты не знаешь, что с этим делать!

– Ты права.

– Что?! – она обескураженно плюхается на табуретку.

– Ты права, – повторяю я.

– Фух, – выдохнула подружка, делая вид, что утирает пот со лба, – ну, наконец-то! Нелёгкая это работа – из болота тащить бегемота!

– Я – бегемот?!

– Ещё какой! И живёшь в болоте своих страхов да страданий! Пора его встряхнуть!

Да уж, подружка постаралась не на шутку тогда!

Сенека сказал: «Сделай первый шаг и ты поймёшь, что не всё так страшно».

– Пора встряхнуть это болото! – говорю себе каждый раз, когда понимаю, что боюсь.

«…И мы насмеялись до икоты, а потом я снова ревела. Чёрт его знает уже почему. А потом постановили, то есть она постановила, и обжалованию не подлежит – едем в Донской 7 октября, в День Советской Конституции. Чем не повод? Дискотека стопудово будет празднишная, так что там кое-кого и встретим, и обозначим, как сказала Алинка, наше с ним статус кво. Ох, ну и денёк выдался, Дневник. Давно так не переживала. Словно на качелях, вверх-вниз. И сейчас боязно, жуть! Как подумаю – приедем, увижу, и чё? А он, такой, – я не я и рожа не моя.

– Осторожно, двери закрываются. Следующая остановка «Станция Заречная»! – сколько раз слышала объявление, не счесть, но именно сейчас мне показалось, что… что там, за закрытыми дверями вагона, останется нечто привычное, но очень важное. И уже не вернёшь.

– Пшшш, – электричка тронулась. Осторожно, двери закрылись. А за ними – суматошное утро двух девчонок. «Ты на минуточку, покурить выйдешь, или мир покорять пойдёшь?» – сурово спросила Алинка и отмела твёрдой рукой все сомнения, которые – эге-гей, снова и снова атаковали меня всю неделю, после визита подружки, и вплоть до настоящей секунды.

Позади – целая эпопея с поиском наряда, поход в парикмахерскую на маникюр, обучение ходьбе на каблуках – мама мия, папа римский, кто их придумал? Предательские шпильки белых сапожек, что пожертвовала мне подружка, подворачивались на каждом шагу.