В перекрёстных мирах

Перед ним была точная копия его бывшей жены – такой же овал лица, в меру тонкий нос, слегка изогнутые брови, чувственные губы… Даже родинка на шее была такой же. «Нет… невозможно… Так не бывает» – вихрем пронеслось в мыслях, заставляя неистово всматриваться в любимый, и бережно хранимый в памяти образ. И как он не заметил сходства раньше, в парке? Наверное, тогда помешала темнота вокруг. Сейчас же это казалось немыслимым и необъяснимым совпадением, которое невозможно понять.

Как в тумане Вларст не сводил с девушки глаз, безуспешно пытаясь унять дрожание пальцев, прикасаясь ими к нежному лицу, и пытаясь доказать себе, что это не сон.

– Боже мой… – только и мог выдохнуть он, когда окончательно понял, что это не мираж и не плод его воображения.

Веки девушки слегка дрогнули, и она медленно открыла глаза, с удивлением глядя на Вларста.

В еще сонных карих глазах промелькнуло смятение, когда она, улыбнувшись, посмотрела на его взволнованный вид.

– Вам… уже лучше? – тихо спросила она, и звук этого голоса болью отозвался в его душе.

– Да… Спасибо… – пробормотал он, резко отстраняясь, и пытаясь справиться с волнением – Вы даже не представляете, как сильно помогли мне.

– Ну что Вы, это я должна поблагодарить, что спасли меня от бандитов.

Она помнила. И это было плохо. Если она запомнила его в прошлый раз, значит, у нее могут быть те вопросы, на которые Вларст не хотел отвечать. Он осторожно выпрямился, отворачиваясь, и тщательно обдумывая следующие слова.

– Вы меня с кем-то спутали. Я не спасал Вас, и вижу впервые.

Девушка молчала, и Вларст медленно, настороженно оглянулся. Он видел, как она о чем-то сосредоточенно думает, опустив голову. А когда подняла взгляд, стало понятно, что ему не удалось ее обмануть. И тихий голос лишь подтвердил догадку.

– Хорошо. Наверное, я все перепутала. И если скажете, что Вас зовут не Вларст – я тоже в это поверю.

Он замер. В душе боролось желание сказать правду и соврать.

Она не бросила его в парке, помогла, и Вларст чувствовал, что она не станет никому болтать, но… Было одно «но» – существенное, весомое и огромное. И это «но» держало его в цепях, не разрешая поступать так, как хотелось. Это был запрет, которого он не мог ослушаться. И еще сходство с бывшей женой, которую он любил больше жизни, и призрак которой разбередил незаживающую рану. Его сердце болезненно сжалось, заставляя собрать в кулак волю, чтобы не сломаться.